А потом я запомню тебя иначе.
Одиноким, но, в общем-то, не одним.
Нам даются такие, кто предназначен проходить с нами путь от седых равнин
до седых облаков острия вершины, где почти забываешь про суть земли.
Если что-то и было несовершимым — значит, мы с тобой этого не могли.
Так выходят под зиму — вся сила в лапах, — далеко позади оставляя кров,
прогонять через мощный сердечный клапан загустевшую в венах тоску и кровь
те, которые вечно больны охотой, те, кто этой охотой все время пьян.
Потому…