eLfiJa

За то, что мы привычно зовем своим, давно уплачено другими.

Те, кто уходит, закрывшие за собою дверь ли, ощущавшие поток воздуха от захлопнутой двери, не важно. им ли не трудно.

Дайте мне тот волшебный лист подорожника из детства.

Человек, мыслящий объективно, задеться не может никаким высказыванием. Но стадность — процветает, это в крови.

«непременно надо научиться хладнокровию. Это первое, что нужно будет. Найти в себе силы в упор.Щелк.и .Да, непременно надо выучиться подводить итог.Пошагово.Так легче запоминать. Купить оружие.Раз.Найти идеальное место, предусмотреть позу.Два.Покурить?Наверно, положено ж.Три.Поднести холодное дуло трясущейся рукой, крепко, пусть даже останется след от кругляша — потом это все будет не важно.Четыре.Всегда много важного было привязано к цифре пять. Молиться?нет, это лишнее, тогда не получится с „пять“ и можно передумать на шесть. Пять…
…
Черт, главное не забыть купить оружие…»

Это не ты, а я — молча иду по лезвию, чтобы попасть во след,
Так тороплюсь, хоть ангел меня и тычет мордою о крыло:
Ишь, в равновесье веришь, а в этой вселенной — нет
Ни справедливых толщин мостов, ни балансов уже давно.
Да и было ли вообще оно.

Рыбы шныряют туда-сюда, разводя бесполезности во кругах,
Смооотришь на них, и так оно в голове проплывает — мы Будем однажды слать поцелуи друг другу в снах,
И узнаваться в топающих дураках других.
Рыбами, из все той же воды.

Я упираюсь в спину тебе — это простой, но верный по сути знак.
Ты так идешь, что я не могу не ступать и пятиться восвояси.
Время сменяет нам бомами «тик» на готовый к расплате «так»
… показать весь текст …

— а у меня, может, в горле пересохло! я, может, женщина слабая, я, может, из последних сил тут рожи корчу да глазки закатываю! истерики?и с ними все в порядке! они внутри меня меня же ух! как крутят.
— эммммм…
— я говорю жарко сегодня. душно что-то.окно открой.

..и от этой же скуки, от ежедневного понимания всей сути монотонного бытия, человек решает скорее менять, бороться, искать варианты. все делает во имя сей мамзели, дабы изничтожить хоть на время. И, главное, что понимает-то, что это как пыль, скука та: три ее, веничком сметай, окнами страши открытыми — она непременно вернется. Дышите, мол, вдыхайте и повторяйте все вновь и вновь…

Из всех любовников — жизнь — самый изощренный.

Говори со мной, говори, говори,
Говори глазами, когда не хватает слов
И когда дурацкий комок в груди —
Говори со мной легким касанием рук,
Уголками губ,
Всеми способами не молчи. Основ
Не бывает проще и легче, чем
То, что я понимаю, что внемлешь ты.
У меня мотылёк на левом плече,
Он щекочет крылышками внутри,
Говори со мной, говори,
Успокой, убаюкай, в ладонях спрячь,
Зацелуй до дури, замки сорви,
Замотай, укутай, носи под сердцем.
… показать весь текст …

И он, щурясь от едкого табака, глядит в упор,
Открывает душу, петли скрипят навзрыд:
-Я тебя, дуру, не ждал, не звал, тем более не держу,
Если считать, что держат, зажав затвор,
Если считать, что воском палЯт свечу,
Я тебя так не держу.
Дыши, дорогая, дыши.
Мне тебя, радость моя, не обещал никто,
Мне не пророчили сладкого до обжорства и Я уж оскомину на ином наел, нагулял гастрит.
Знаешь, что значит подставленное тебе плечо?
Значит, кидайся в него уютно и ничего,
Ну ничегошеньки в голове своей не крути.
Сколько тебе меня уготовано — столько я Буду искать под утро губами тепло,
Локоны поправлять, исчисляя твои мурашки.
… показать весь текст …

— конечно, конечно. и, естественно, у тебя есть свод правил, набор собственных мнений и, непременно, именно твое видение происходящего. вот скажи мне, ответь, разверни немного, черт возьми, чтоб я мог понять, что есть любовь, жизнь и твое «я»?именно в твоем понимании.
-ответы, ответы, ответы. и как с этим бороться? только ими же.
Если любовь не дает тебе чувства свободы — это уже не любовь.
Если ты то и дело постоянно готовишься к жизни, начиная, как с понедельника — это уже не жизнь.
«Я».и я все это понимаю и принимаю. Именно это мое «правильно».

Счастье в мелких шагах. В умении ожидать малого, принимая с благодарностью даруемое большее. В минутном желании снять туфли и пройтись босиком, прыгнуть в лужу, подмигнуть на взгляд ошалевшего прохожего. Счастье в последнем глотке остывшего кофе, оставленного про запас, в последней сигарете, забытой в пачке, в случайно обнаруженных ключах от дома, которые «опять куда-то запропастились!».Счастье в возможности сделать вдох ночного воздуха, остывая после дневной жары. Счастье в старом свитере, мягком и удобном, обволакивающем тебя будто изнутри. В тиканье стрелок и надменном «бомм-боммм.», отмеряющим время. Счастье успеть загадать на падающую звезду и тут же пожалеть о том, что не загадал другое, и ждать новой. Счастье в промокшем сквере, первом инее и летящем в спину снежке. Счастье в снятой телефонной трубке, отвеченном вызове и смс «я рядом».
Счастье в мелких шагах.

Все это время я любил.Тебя.
Пусть женщин примерял, менял,
Украдкой,
Я воедино собирал
улыбку, шепот, взгляд. повадки,
Прохладу, яростность огня,
Истерику и лед затиший,
Игру, браваду, линию плеча,
Кудрявый локон ярко-рыжий.
Я тратил жизнь. Я собирал крупицы.
Ты хохотала над попытками.
Смотри —
Я понял суть, моя чудная птица:
Все это время ты была внутри…

Я признаюсь тебе, амиго — мне ближе ревущий Лондон.
Пусть хронически нелюбовь поселилась к затертым ставням,
К оттопыреным пальчикам пьющих с жеманством чай.
Лица, лица. там все до безумного в лицах схожи,
Блеклы, полупрозрачны и движутся как-то плавно,
Оставляя на смятой салфетке коронное «не скучай».

Становлюсь слабее я, тише и ранить меня там легче…
Грусть не рвет меня на куски, а лечит, целебно ладонь прижав,
Будто старый аптекарь, дающий рецепт на короткий вдох.
Мне там пишется громче, чаще. Туманный вечер
Бесконечен в тонюсеньком коридоре кривых зеркал,
И рыдает в том городе откровеннее мой скоморох.
… показать весь текст …

В то время, как ему хотелось найти нечто общее с ней (конечно он искал это, вне сомнения, возможно даже и нарыл с лихвой! этот мог), она тихо улыбалась маленькой богине, танцующей внутри нее победный танец какого-то совершенно неизученного племени. Богинька знала, что общее не совсем важно. Важно то, что если он бывает холодный и колючий, то она непременно могла согреть его и прикоснуться в варежках ладошками к иголкам. Если же богинька мерзла, он всегда мог обнять ее и поделиться теплом.

..иллюзия так мила. если учесть, что жизнь — одна сплошная.

Маша, Вы ошиблись! Маша, так нельзя.
Голову повыше, девонька моя!
Ножки в туфли — здрасте! и бегом-бегом,
По-ко-рять немедля, этих дураков!
Маш, ну в самом деле, клином не сошлось
Все, чего хотела. Вышло — не сбылось.
Значит надо бюстом, искоркой в очах,
Так закомуниздить, чтобы — ах!
Мань, ну, ты ж не дура, крутятся мозги!
У тебя натура — оспади, прости!
Я б тебе, Мария, знамя, вымпел, орден!
Да любой Дубровский душу б тебе отдал!

Так что, Машка, слезы — промокни платочком.
… показать весь текст …

.я хотел эту женщину три года. три бесконечно долгих, выматывающих меня, года!.. и знаешь, что я тебе скажу? я не пожалел, мой друг! более того, тот трепет, с которым я к ней наконец прикоснулся, он дарит мне нежность и тепло до сих пор! Мужикам, разменивающим себя на легкость и простоту — мне их жаль, им никогда не прочувствовать той глубины, не уловить ту нить, которой я связан с этой женщиной.

Создавая собственную картину мира в слове, нужно помнить, что это лишь твоя картина, что это лишь твое понимание, твое восприятие, независимо от того, какими словами ты раскрасишь холст. Так создается иллюзия понимания.