Да, плохо мне, но это не причина, чтобы доставлять страдания другим.
Да, плохо мне, но это не причина, чтобы доставлять страдания другим.
Самое горькое на свете состояние --
одиночество.
Самое длинное на земле расстояние --
то, которое одолеть не хочется.
Самые злые на свете слова:
«Я тебя не люблю».
Самое страшное -- если ложь права,
а надежда равна нулю.
Самое трудное -- ожиданье
конца любви…
И кто-то же их рожает, кормит грудным молоком,
Носит у сердца так, что забрать нельзя.
Возможно, их матери даже ревут тайком,
Но смотрят в глаза им, по-прежнему лебезя.
И кто-то же их баюкает, чертенят.
Чешет им выпирающие клыки.
Почему в консультациях женских не говорят:
«Вам нельзя рожать. У Вас в роду мудаки»?!
И кто-то же их сажает за школьную парту
Вместе с другими, здоровыми. Ну, мишени.
Почему им в медпункте не ставят пометочку в карте:
«Не пригоден для доверительных отношений»?!
И кто-то…
Она снимает пальто (кашемир, Италия), оранжевое, как радостный апельсин,
Оно хорошо подчёркивает ей талию, за что модельеру, конечно же, гран мерси.
Он снимает пиджак, дорогой, с подстёжкою для ветреных ненастных осенних дней,
Она мелькает своими стройными ножками, вся истина кроется в вылаканном вине.
Она нагибается, он ей нагло любуется, она снимает туфли на каблуках,
Он — ботинки с мехом, слякоть на улице, так близко к её лодыжке его рука.
Она проходит в комнату и осматривается: нормально, ни…
Он сказал: «Извини, я, наверное, выпил лишнего — никогда никому это тайное не рассказывал!»
Deja vu. Сколько раз она раньше такое слышала — только лица и кухни, как правило, были разными, и менялся пейзаж — то закат красил город охрою, то Большая Медведица тыкалась в окна мордою…
…Как же прочно срастается с кожей жилетка, мокрая от солёных, мужских — и до дыр на плечах протертая наждаком чьей-то боли. А в душах — частицы холода на частицы тепла поменять бы — по курсу равному! Ей всё глубже въедается в кожу тавро психолога — и всё больше историй рубцуется в сердце шрамами. Где там «принцип рубашки»! Чужое — всегда значительней… а своё перед каждым не вывернешь тонкой маечкой — наизнанку. И, кстати, никто не спешит лечить её, подуставшую вечно быть сильной и понимающей…
… Он опять говорит — торопливо, невнятно, сбивчиво. А она сквозь себя пропускает чужое личное, размышляя о том, что умение слушать — бич её… и о том, как мучительно хочется выпить лишнего…
Неизлечимо
Вечер плавит мечты, оставляя нам воск и огарки,
Время в низком бокале допито до самого дна.
Отражение в зеркале шепчет: Ты просто больна…
Милый, выключи звук, мне сегодня нужна тишина.
Милый, дай мне воды, мне сегодня мучительно жарко,
У меня под ключицей сквозь боль прорастает весна.
Меж камней пробивается новая жизнь и надежда,
Растекается жидкое солнце по коже земли,
К небу тянутся нити звенящих пасхальных молитв…
Милый, видишь, по глянцевым лужам плывут корабли?
Мир разделся, и вот он от жара дрожит без одежды,
В его глазах так много шоколада,
Обжечься можно… до того горячий…
Чуть терпкий он… с миндальным вкусом яда…
Но пью до дна… ведь счет уже оплачен…
И приговор подписан и — озвучен…
Отравлена… могло ли быть иначе?
А ключ от сердца моего уже получен…
Пожизненно… без права передачи…
В его глазах так много шоколада…
Обжечься можно… до того горячий…
А мне холодного совсем не надо…
И счет оплачен… и не нужно сдачи…
Я так жду…
Где бы ты ни был, мы встречаем одни рассветы.
И пусть в моем городе слякоть, в твоем — плюс 20,
Я уверена, что ты не был другой согрет там,
Ты уверен, что я сумею тебя дождаться.
Я так жду, что совсем растеряла и сны и рифмы,
Промолчала весь март: он в снегах, я — в делах, делах…
Чтобы встретить апрель, не сбивая прохожих ритмы,
Не сбиваясь на мысль, что потеря тебя есть крах.
Ведь ты есть где-то там и там как нельзя чудесно,
Привезешь мне в подарок статуэтку, открытку, чаю?
выживаю осколками верности,
отдаю тебе пальму первенства.
собирай урожай, моя милая,
все, что сеяла и растила я.
наслаждайся его улыбками,
добивайся признаньями липкими,
ублажай непорочными сказками,
улыбаясь невинными глазками.
тешь его бесконечными грезами,
отдавайся не телом, а позами.
удивляй его мнимой покорностью,
скрытой в дебрях твоей хладнокровности.
Она сидит за столиком одна,
В руке бокал налитого вина.
Она не знает: как ей дальше быть,
Забыть? Прогнать? А может быть любить?
Она сидит тихонечко и ждёт,
Она надеется, что он сейчас придёт…
И, хотя верить в это — слишком мало сил,
Она мечтает лишь о том, кто сердцу мил.
Но он не может ей ничем помочь,
Он далеко, их разделяет ночь,
Он и не знает, что она сейчас одна
Сидит с бокалом красного вина.
В ней нету злобы, нет ни капли, да!
Она ведь в курсе: это все судьба,
Роман ЦивинскасПревосходство — это обладание более высокими качествами, достоинствами или большим количеством чего-...
Алексей АсташовЭто двойная сплошная
Пересёкшего доля чудна
В общем беда не большая
Может практика только нужна...
Галина СуховерхЗабавно! Посмеялась.))
Амалия Сиринhttps://www.inpearls.ru/2237245
Согласна.
Angelina BosharИстория показывает , что так всегда в общем -то было
Angelina BosharПоздравляю. Однако вопрос. А зачем это нам? Вообще употреблять узкоспециализированную лексику в обще...
Галина СуховерхШутить не вредно.))
Олька Лучезарная 27 августа получил(а) Белый жемчуг
ALYA P 25 августа получила Белый жемчуг
Осирис Такехико 23 августа получил статус автора
Артем Изгагин 23 августа получил(а) Белый жемчуг
Сергей Иванов 22 23 августа получил(а) Бронзовый жемчуг
Valеntin 22 августа получил Белый жемчуг
Татьяна Романова ТаРо 22 августа получила Бронзовый жемчуг
Игорь Иванцов 21 августа получил Белый жемчуг
Агата Малахитова 19 августа получила Белый жемчуг
Семён Карамзин 18 августа получил(а) Белый жемчуг