А разве ты не знаешь, что все делается к лучшему? Просто очень медленно. Надо идти дальше и не тащить с собой чемоданы, набитые прошлым. Рук не хватит, и выдохнешься на полпути.
Муж звонит жене:
— Дорогая, я сегодня ночевать не приду, мы тут у Васи в преферанс играем.
Жена, прикрыв трубку ладонью:
— Вась, ты слышал, они там у тебя в преферанс играют
К черту ранние подъемы!!! Дайте женщине поспать! В сонной дымке полудремы так приятно помечтать. Помечтать о кофе чашке и о завтраке в постель,. О массаже и подтяжке,. о Диоре. и Шанель, о сверкающем паркете., о приемах и балах. об испанском жарком лете,. о Канарских островах. И не надо с криком«Мама!» одеяло отбирать. Приготовьте завтрак сами! ДАЙТЕ ЖЕНЩИНЕ ПОСПАТЬ !!!
«А мне совсем не хочется быть с возрастом мудрей! Ведь жизнь — порой не Рай, чему я очень рада! Иллюзий не питаю и в реальности своей… Я буду жить по принципу: „Я так хочу!“ и „Мне так надо!“»
Всё то, что не убивает, —
Делает нас сильнее.
(Чувства — и те сгорают.
Страсть — и того быстрее)
Мечты? — на осколки бьются,
Что в сердце потом осядут.
И стать Королевой Снежной
Так просто — уже не надо
Тебе ни тепла, ни ласки.
Лишь взгляд из-под лба скользящий.
А я не хочу быть снежной.
Хочу — живой, настоящей!
Хочу словам твоим в е р и т ь.
А миражи не вечны… Тают и у б и в, а ю т…
Люди мосты не сводят. Люди мосты сжигают.
Люди возводят стены. Те, кто сильней, — взберутся.
Те, кто слабей… Ну что же… — Пусть со всей дури бьются
Лбом о холодный камень. Крылья пускай ломают.
Люди мосты не сводят. Люди мосты сжигают…
Люди закрыты. Люди — бьют дорогих и близких,
Тех, кто хоть что-то значит в их черно-белой жизни.
Словом ли, делом, взглядом. Даже порой молчаньем.
Просто исчезновеньем. Резким и без прощанья.
Любят?.. Едва ль… — циничны, ветрены и капризны…
Тем, кто хоть что-то значит в их черно-белой жизни,
Исписана, исцарапана… словами, стихами, чувствами.
Тобой наэлектризована. Вокруг всё такое тусклое.
А ты слишком яркий в ы м ы с е л. Однажды столкнувшись фразами
Под лозунгом«Несерьезно всё», я влипла. А недоразум мой
Не стал ничему противиться. Зачем-то твердил: «Ты справишься».
И я вся картинно стойкая стучала«игра» по клавишам.
От них катастрофой веяло и недореальной нежностью.
Вдруг стало тепла отсутствие безумно большой погрешностью…
На бешеной мегаскорости подъехала к группе риска я (С рожденья сопротивляемость эмоциям слишком низкая).
Естественно, что расшиблась в кровь. Осталась мечта-абстракция…
Теперь впереди забвение и долгая реставрация…
В чужих городах в разных спальнях они засыпают.
И жадно друг друга по капле, по слову глотают.
В погодных условиях разница — в градусов десять.
А перед сном они курят, пытаясь всё взвесить…
Проснутся… Он вновь по делам. А она по страницам
Net-сонников, woman-журналов и лицам столицы.
Она его ищет во всем: в каждом слове и взгляде.
И думает часто: «А если бы… если бы рядом?..»
Но рядом лишь первые буквы названий на карте…
Лишь строки весенние (те, что писались в азарте).
А время бежит. Нет, летит (и немножечко лечит).
Хотя… она ждет его руки… чтоб сзади на плечи…
Он все входы знает в тебя и выходы,
Потому так просто ему владеть
Каждым стоном, вдохом твоим и выдохом,
И игрой, что держит тебя, как сеть.
Он не греет, нет. Ледовит и северен.
Из него не вытянуть ни словца,
Если ждешь тепла. Эту толщу кремния
Не пробить запасом твоим свинца.
Он не любит, нет. Он любовью потчует.
Он подчас циничен, подчас — открыт.
Он бесплотной мыслью к тебе пристрочен, но Расстояньем в тысячи верст сокрыт.
Манит капкан твоих губ липко-сахарным «хочешь?»
С мочки мурашки по шее и ниже скользнули…
С каждым сближающим шагом вновь пропасть всё четче.
Бравое «нет» тает с каждым твоим поцелуем.
Вроде ты рядом. И нежность во взглядах взаимна.
Искренен. Сбивчиво дышишь. Но — стоп! Не сдаваться!
Чтоб не растаять, глаза отвожу и наивно
Делаю вид, что не чувствую жара от пальцев.
Прикосновенья бьют током. С ума меня сводят.
Дрожь нарастает невольно, с безудержной силой.
Тело из ваты. Но ты ж со мной искренен… вроде?..
Чччерт… Я почти под тобой. Я почти уступила.
Как я хочу побыть с тобой наедине:
Хотя бы день иль ночь. а лучше сутки.
По берегу бродить, по ласковой волне.
Счастливой быть и улыбаться шутке…
Сварить уху из рыбы, пойманой тобой,
Пить, обжигаясь, чай из закопченой кружки.
И полная луна., блеск звезд над головой.
И в мире больше уж никто не нужен.
И поцелуи долгие сухих
И страстных губ, обветренных… и нежность
И замиранье сердца, крепость рук твоих,
Объятий жар.покой. и безмятежность.
Снова на те же грабли! И снова штопор.
Сердцем на острые камушки — с высоты.
Значит, опять по живому латать и штопать,
И избавляться от боли с названьем «ты».
Что-то ошибки не учат, время не лечит,
Не получается жить — чтобы тишь да гладь.
Нет козырей в запасе и крыть мне нечем.
Значит пора научиться — не вспоминать.
Губы накрашу, улыбку на них приклею,
Память-копилочку выскоблю добела —
Вытравлю, вырву, выжгу! Переболею!
Зубы покрепче стиснуть — и все дела.
Горечь упрятать под розовым слоем грима,
Звёзды остывшие выбросить из горсти…
Ах, какая ты!!!
Я ПРОСТО ХОЧУ СКАЗАТЬ:
Т Ы Женщина — умница! Солнышко ясное!
Яркая! Нежная! Мудрая! Разная…
Добрая! Умная! Просто красавица!
Женщина, сердцем бесстрашно весенняя,
Как перво цветов бутоны, ранимая.
Сила стихии и чудо спасения,
Как волшебство в ее слышатся имени…
Радость и ласку всегда создающая,
Как догадаться, чего тебе хочется?
Вольная! Гордая! Песни поющая,