Ты разлетаешься с утра в моих ладонях,
Разбит мой хрупкий мир, не дует ветер.
Во мне, ты знаешь, вечно кто-то тонет,
Моя вина — повсюду ставлю сети.
Скорее по привычке — слишком просто,
Сливаются вокруг чужие лица.
Лишь ты во мне — далёкий, нужный остров,
Но плыть к тебе — скорее утопиться.
От беглого «привет» дрожат колени,
Хрипит мой голос, что и так не нежен.
А ты твердишь о долге, об измене,
Не забывая рвать на мне одежду.
А после ты молчишь. Я жду недели,
Всё явственней видны мои ключицы.
… показать весь текст …

В последнее время я искренне сочувствую нашим мужчинам. В детстве я завидовала: им было можно лазать по деревьям, прыгать по лужам, получали они на дни рожденья велосипеды и самокаты, когда ты в очередной раз распаковывала любовно выбранного бабушкой игрушечного младенца, который «даже умеет писать». А вот теперь, спустя почти 20 лет, я им сочувствую.

Им приходится жить в мире, где если ты нормальный мужик, то ты неудачник. Ведь модно быть геем, вампиром, оборотнем, на худой конец. Модно быть ж…
… показать весь текст …

Я часто думаю об Отчем доме,
О времени, когда моя душа,
Оставив отшумевшее, земное,
Уйдет искать приют на Небеса.

Какая встреча ждет её, нагую,
Всю в черно-белых пятнах бытия,
Так часто тратившую время всуе
На угождение родному «я»?

Оглядываясь на былые годы,
Я вижу за собой туманный шлейф
Обид, страстей — всех этих пятен черных,
Причин душевной немощи моей.
… показать весь текст …

Наша совесть — Божий голос в нас.
Пристаёт к нам, не дает покоя.
И напоминает каждый час,
Чтобы не играли мы с судьбою.

Рано или поздно мы уйдём,
Станем пред лицом живого Бога.
И для оправданий не найдем
Добрых дел, хоть пройдена дорога.

Совесть нас с обидой упрекнет
В том, что зло творили не невольно,
И на все взывания её Лишь отмахивались недовольно.
… показать весь текст …

Свидетельствует Халид ибн Валид который рассказал, что однажды к Посланнику Аллаха (сас) пришел бедуин и, обратившись к нему, сказал:

—  О Посланник Аллаха, я пришел к тебе спросит что принесет мне пользу в этой и загробной жизни?

И Посланник Аллаха (сас) ответил:

—  Спрашивай о том, что тебя волнует. И тот спросил:

—  Я хочу быть самым знающим среди людей.

Пророк (сас) ответил:

—  Будь богобоязненным, и станешь самым знающим среди людей.
… показать весь текст …

У меня, как у всех — своя зебра…
До недавнего времени — чёрная,
Ну, а тут — полиняла повторно,
У неё обнаружились полосы.
Жизнь идёт и весна начинается,
И в природе пришло всё в движение.
Утром как-то я просыпаюсь-
Ну, а зебра моя — побелела.
Кое-где остались полоски,
У хвоста, на ногах и на шее,
Но такие полоски — не броские,
Словом, вся она стала светлее.
И теперь я теряюсь в догадках —
Зебра черная — жизнь плоховатая,
… показать весь текст …

Под этим фиговым листочком,
Под этим телом чуть дыша,
Свернулась маленьким комочком
Моя никчемная душа.

Бери ее и делай лучше,
Она немного не в себе.
Ее так часто кто-то мучит,
Что хочется кричать «добей!»

Подобных не ищи, их тыщи,
Их миллионы, не зови!
Скупых на ласку, даже нищих,
Измученных калек любви.
… показать весь текст …

Когда русские вертолёты поднимаются в воздух, птицы начинают ходить пешком (ГДРовский летчик)

У России два союзника — Святая Троица и ядерная триада

Как показывает история, руки, протянувшиеся к Уралу, обычно отрубались вместе с головой

Неулыбчивые русские не начинают войн.
Их начинают жизнерадостные европейцы.
Неулыбчивые русские войны заканчивают.
Как правило, в европейских столицах.
И тогда русские на некоторое время становятся самым улыбчивым народом.
Ненадолго.
Потому, что Война всегда рядом.

Если что, мой хороший — это нас не убьёт,
и тем более ничего не случится с миром.
Если что — в аптечке найдутся бинты и йод.
Мы в Москве, не в лучших традициях драм Шекспира.

Не сдадимся унынию — это не лучший грех,
и безумие нас теперь не возьмёт без боя.
Мы же лёгкие люди, мы тени, мы — не из тех,
кто сломается даже под самой большой любовью.

Просто каждый сольётся в вагоне метро с толпой,
просто каждый возьмёт билет на другом вокзале.
Одного из слепых перестанет вести слепой
(а зато мы отлично слышим и осязаем).
… показать весь текст …

Он смотрел на неё —
острившую сгоряча,
молчаливую, — каждый раз ощущая кожей
этот взгляд поверх чужого мужского плеча;
только плечи менялись,
а взгляд оставался тот же.

И она на него смотрела — издалека,
ясно, пристально, — без поволоки и без истомы;
он всё кутался в дым табачный, как в облака,
а она на него смотрела,
как на святого.

Так прошло десять лет.
… показать весь текст …