Удивительно, как начинаешь понимать других, когда самому подопрет. А пока тебе хорошо живется, ничего такого и в голову не приходит.

Мне казалось, что женщина не должна говорить мужчине, что любит его. Об этом пусть говорят ее сияющие, счастливые глаза. Они красноречивее всяких слов.

Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

Если мы перестанем делать глупости — значит, мы состарились.

Кто слишком часто оглядывается назад, легко может споткнуться и упасть.

Да, прощание всегда тяжело, но возвращение иной раз еще тяжелее…

Если женщина принадлежит другому, она в пять раз желаннее, чем та, которую можно заполучить, — старинное правило

— Мне не лучше и не хуже. Мне — никак.

Кто одинок, тот никогда не будет покинут. Но иногда, вечерами, рушится этот карточный домик, и жизнь оборачивается мелодией совсем иной — преследующей рыданиями, взметающей дикие вихри тоски, желаний, недовольства, надежды — надежды вырваться из этой одуряющей бессмыслицы, из бессмысленного кручения этой шарманки, вырваться безразлично куда. Ах, жалкая наша потребность в толике теплоты; две руки да склонившееся к тебе лицо — это ли, оно ли? Или тоже обман, а стало быть, отступление и бегство? Есть ли на этом свете что-нибудь кроме одиночества?

Любовь ослепляет мужчину и делает зорче женщину.

Люди любят друг друга и в этом все: это и есть самое невероятное, и самое простое.

Женщина, экономящая на себе, вызывает у окружающих только одно желание — сэкономить на ней еще больше

Странно, какие только пути мы ни выбираем, чтобы скрыть свои искренние чувства.

Ты хочешь знать, как быть, если ты сделал что-то не так? Отвечаю: никогда не проси прощения. Ничего не говори. Посылай цветы. Без писем. Только цветы. Они покрывают все… Даже могилы.

Свободен лишь тот, кто потерял все, ради чего жил.

Все, что можно уладить с помощью денег, обходится дешево.