Светик-всем-приветик

- Дорогой, хочешь я разденусь догола?
- До гола? В чьи ворота?

Рожденный ползать — толк в ножках знает!

Hаш начальник такой душка! Вот только бы скоpее эта душка отделилась от тела!

Тебе не наскучило каждому сниться,
Кто с князем твоим горевал на войне?
О чем же ты плачешь, княгиня зегзица,
О чем ты поешь на кремлевской стене?

Твой Игорь не умер в плену от печали,
Погоне назло доконал он коня.
А как мы рубились на темной Каяле —
Твой князь на Каяле оставил меня.

И впору бы мне тетивой удавиться,
У каменной бабы воды попросить.
О том ли в Путивле кукуешь, зегзица,
Что некому раны мои остудить?
… показать весь текст …

Китаец, приехавший в Якутию, сначала подумал, что местные его передразнивают.

Девочка, воспитанная слонами, как назло поселилась этажом выше.

Ранняя птичка получает червячка, а второй мышке достается сыр.

Молчание творит чудеса — даже законченный осел целую минуту будет выглядеть мудрецом.

Господи, пробуди в душе моей пламень Твой.
Освети меня Господи солнцем Твоим.
Золотистый песок разбросай у ног моих,
чтоб чистым путем шел я к Дому Твоему.
Награди меня Господи словом Твоим,
чтобы гремело оно, восхваляя Чертог Твой.
Поверни Господи колею живота моего,
чтобы двинулся паровоз могущества моего.
Отпусти Господи тормоза вдохновения моего.
Успокой меня Господи
и напои сердце мое источником дивных слов Твоих.

Царица — иль, может быть, только печальный ребёнок, —
Она наклонялась над сонно-вздыхающим морем,
И стан её стройный и гибкий казался так тонок,
Он тайно стремился навстречу серебряным зорям.

Сбегающий сумрак. Какая-то крикнула птица,
И вот перед ней замелькали на влаге дельфины.
Чтоб плыть к бирюзовым владеньям влюблённого принца,
Они предлагали свои изумрудные спины.

Но голос хрустальный казался особенно звонок,
Когда он упрямо сказал роковое «не надо»…
Царица — иль, может быть, только капризный ребёнок,
Усталый ребёнок с бессильною мукою взгляда.