Юдина Елена

Кто долго так способен был прощать,
не понимать, не видеть,
Тот, верно, глубоко любил,
но глубже будет ненавидеть.

Когда у человека не остается ничего, ради чего стоит жить, он становиться свободным.

Успей до драки разглядеть врага:
уверено ль поставлена нога,
готовы ли уже для боя руки,
успел ли оклематься от разлуки
с той, что ему, как воздух, дорога?

Как он хотел с растерянным лицом
достойным стать мальчишеского круга,
как с матерью не ладил, как с отцом…
Они вот только поняли друг друга.

Как скупо было счастье у него,
едва ли две короткие недели.
Как он шептал: «Да ладно, ничего.»
… показать весь текст …

Спасибо жизни и судьбе.
Ну что здесь странного, скажите? — 
В душе, как в брошенной избе,
вдруг поселился добрый житель.
Он в ней обжился не спеша,
развел огонь, поправил крышу,
и стала темная душа
светлей, просторнее и выше.
Сверкала чище, чем слеза,
она в живое счастье веря.
А любопытные глаза
смотрели в окна, щели, двери.
Но не для низменных утех
мне солнце радостно светило.
… показать весь текст …

Суть в существе твоем отражена,
не сможет долго тайной быть она,
не потому ль, что суть любой натуры
в поступке, словно в зеркале видна.

Привычно иным, как охотничьим псам,
вынюхивать тайну, что дичь по лесам.
Как пленницу, тайну храни неусыпно.
Сбежит — её пленником станешь ты сам.

Всё было так, как век, как двадцать пять веков назад.
В ночах вздыхали травы.
Сиреневым дымком всходил болотный чад.
Тащили змеи груз своей отравы.
Летели бабочки на свет большой луны,
внезапной увлеченные любовью.
Озёрный окунёк смотрел из глубины
На длинную, нависшую над ним щеку воловью.
На дымных отмелях струились тополя.
Далекое вверху созвездие парило.
Был юный месяц май. И старая земля,
как сто веков назад, дышала и творила…

Человек способен жить сразу во многих измерениях. Только человек способен радоваться солнечному свету сейчас — и встрече с другом завтра. Быть человеком — прекрасно.

Делать вид, что с головой у тебя все в порядке, не так-то просто, но важно.

С фигурой ты только в постели лежишь, а живешь-то с человеком.