Соскучилась я что-то по тебе.
Наверное, весны надуло в душу.
А может, просто ветрено в судьбе,
и зонтик снова вывернут наружу.
Какой-то недоспелый вышел дождь
и мечется — бродяга бесноватый.
То бросит влагу так, что бросит в дрожь,
то ластится к ладоням виновато.
Похожий на бродячую любовь…
Да кто такую в дом? Чтоб наследила?
Такую оставляют вновь и вновь.
Да только от неё уйти не в силах.
Бродяжий дождь? Какая ерунда…
Жаль, зонтик снова вывернут наружу.
Он говорит мне: «Ты говоришь во сне.
Ты, что ни ночь — торопишься не ко мне,
Ты, что ни ночь — встречаешься с тем, другим,
И — хоть умри, хоть убей — остаёшься с ним!»
Я говорю ему: «Слушай, ведь это — сны. В снах не найдёшь ни истины, ни вины.»
Я говорю ему: «Не сходи с ума. Что я там помню? Помню, была зима. Помню… Ну что я помню? — ладонь — плечо — взгляд под ресницами, Господи — что ещё…
Стоит ли биться, париться, жечь мосты, если сегодня, завтра и после — ты? Если ни смысла нет, ни просвета нет?»
Он говорит:"Ты всё ещё говоришь во сне"…
Нахер мне город, в котором больше не встретить тебя.
Сворачивать горы с восьми до пяти, спасаясь нещадной работой,
А после в старых местах появляться, но так и не встретить тебя.
Наш общий парфюм, не жалея на шею.
Срываться в руках у кого-то, а после
Видеть во сне на плече у подруги,
Как в прошлой весне я ловлю твои руки,
Если решишься, давай поскорей.
Может быть в мае, там куча дней…
Я начинаю ждать.
Я- Женщина, с которой тяжело,
Но без которой во сто крат сложнее…
Таящая в себе добро и зло
В роду которой кошки, львы и змеи…
Я — женщина, умеющая ждать
И ненавидящая люто ожидание…
Дающая тебе мужскую стать…
Награда я.
И я же — наказание…
Я — Женщина.
Похожих в мире нет
Я- женщина, с которой лестно рядом…
Я — Женщина,
Хранящая секрет,
Вчера с друзьями были на экскурсии на мясокомбинате. Больше не ем ни мясо ни сосиски, ни фарш! Сегодня ходили на экскурсию на молокозавод. Больше никакого молока, кефира и йогуртов!!! Завтра зовут на ликеро-водочный завод… НЕ ПОЙДУ!!!
Эти странные люди так верили в чудо,
Как слепые котята, как малые дети!
Ну, как будто бы родом совсем не отсюда!
Или просто в числе «самых-странных-на-свете»…
Их пугали, что кончилось, умерло лето,
Что вся жизнь может стать просто днем непогожим.
А они собирали в ладошки рассветы
И дарили их щедро суровым прохожим.
Мир крошился вокруг, и звучали мотивы
Отреченья, предательства, лжи и паденья,
Только верили в чудо и тем были живы
Эти люди, не знавшие вкуса сомненья.
Просто слушали блюз и творили безумства,