Марийская бабушка

Где ты ходишь,
Мне не знакомый?
В моих мыслях придуман ты,
Что может быть лучше?

Надеюсь, это не промах!
Нам вдвоем не может
Быть скучно! Я влюблюсь,
А ты не узнаешь.

Орел, решка-кто же
Об этом мне скажет?
Наполняя ванну
До края, уплываю!
… показать весь текст …

Учительница первая моя…
Ты вместе с нами поступила в школу.
Мы-радость сравненная твоя,
Мы-мы первый твой звонок шальной, весёлый…

Ты нас учила цифрам и славам,
Ты нас учила с кляксами сражаться.
И сто советов по любым делам
Давала нам, чтобы правды добиваться.

На мир смотрели мы через тебя,
Красу его и силу постигали,
Ты щедро нам дарила всю себя,
Нам открыла горизонты далей.
… показать весь текст …

Орсон Уэллс-универсал: у него не было денег на фильмы, он всю жизнь искал их. Однажды, подрабатывая лекциями, он приехал в провинциальный университет и обратился к полупустому залу: «Дамы и господа! Я кинорежиссер, театральный режиссер и радиорежиссер. Я писатель: пишу сценарии и пьесы; я актер-играю главные роли в кино и в театре. И я не понимаю, почему меня здесь так много, а вас так мало».

Вадим Юсов-несомненно, лучший оператор целого поколения. Венецианский фестиваль наградил его призом за лучшую операторскую работу. У него множество других наград. Но знаете ли вы, что в молодости через шесть лет работы на «Мосфильме» его уволили со студии за бесперспективность и отсутствие способностей? В этот момент Андрей Тарковский позвал его, и талант Юсова взорвался ослепительным фейерверком в «Ивановом детстве» и «Андрее Рублеве». Малоспособные ремесленники «Мосфильма» не могли дать Юсову роль по его таланту. Он умирал в духоте бездарности. А Тарковский ставил невыполнимые задачи, и Юсов находил необыкновенные по ясности решения. Я начинал рядом с ними и уверен: без Юсова талант Тарковского имел бы другие масштабы.

Гамлет вернулся домой в Данию. Отец умер, мать сразу вышла замуж за дядю-мерзавца и урода. И счастлива в его волосатых лапах, а призрак отца говорит Гамлету, что дядя убил его во сне и мать догадывается об этом. Если это не дерьмо по шею, то что же это?! И дерьмо поднимается все выше. Друзья предают, любимая девушка сходит с ума. Король планирует убийство Гамлета, он уже отдал все распоряжения, ждет трупа, а Гамлет всё ищет доказательства и думает: «Быть или не быть», но дерьмо все прибывает, а Гамлет уже убедился, что король виновен. И король готовит его убийство. Надо действовать…

В прозе довольно часто мы неторопливо знакомимся с персонажами, получаем представление об их биографиях, особенностях, и постепенно из многоголосья жизни начинает прозванивать тема конфликта. Она как будто сама собой выявляется и постепенно заполняет все поле повести, рассказа. А может и оставаться где-то внутри, угадываться, оставаться загадочно неопределенной. Но в хорошей драме начало всегда четкое и резкое. Персонажи должны действовать, а действие не допускает неопределенности. Рассказ возникает, потому что «кто-то хочет получить что-то». Нам интересно «почему он этого не может».

В театре коллектив единомышленников может заменить гениальность. Искусство-это вообще зона вашего личного порядка в мире хаоса. Настоящее искусство не делается с добрыми намерениями. В нем должна быть активная позиция по отношению к аду жизни.

Случайность-опасное оружие. Она, как правило, находится в сложном балансе с закономерностью. В начале истории случайность желанна и почти обязательна. Затем она должна быть вовлечена в логику рассказа. Чем ближе к концу, тем ей меньше места. В кульминации действуют закономерности. Случайность в кульминации хороша, если она ошеломляет нас на пути к катарсису. Кульминация и финал «Ромео и Джульетты» тому пример.

Причины и следствия в криминальных историях настолько зарегулированы, что действия персонажен в «грамотных» сюжетах становятся предсказуемыми, что отвратительно. Случайности придают действию непредсказуемость и легкость импровизаций. У Тарантино даже револьверы и автоматы в руках убийц ведут себя как случайные предметы. То палят в белый свет, то их забывают перед туалетом, то на них молятся, то исполняют клоунаду. Одно удовольствие вспомнить, как Брюс Уиллис перебирает орудия убийства, пока не останавливается на самурайском мече. Или как Харви Кейтль руководит очисткой машины. Случайности сопровождаются яркими деталями. Это придает абсурду убедительность.

«Криминальное чтиво» Квентина Тарантино. Если вы внимательно посмотрите конструкцию фильма, то обнаружите забавную подробность. Крепко и грамотно сколоченная история как будто нарочно развинчена на стыках. Вместо четких мотиваций действуют случайности, совпадения, немотивированные действия. Они-то и доставляют наибольшую радость.