Я готова понять. Я готова принять.
Я готова себя без остатка отдать.
Только стрелки часов завершают свой путь —
Время не обмануть. Время не обмануть.
За закатом пока ещё брезжит рассвет.
На озябших плечах старый клетчатый плед.
Чай без сахара, кофе без сливок…
Сколько сделано в жизни ошибок!
Сколько вЕтров должно над землёй просвистеть?
Сколько птиц возвратиться и вновь улететь?
Чтоб однажды, сиреневым утром,
Осознать то, что жить — это круто!
Не бойтесь обнимать своих любимых
И не стесняйтесь говорить им о любви.
Жизнь день за днем, за часом час проходит мимо…
Не дайте ж ей в молчании пройти!
Ну вот опять!? Привет, тоска!-Весенний день в осенних лужах. Душа в безжалостных тисках невыносимой зимней стужи… Лечи меня, мой старый плед! Укутай шею и колени… Глоток вина… Пусть, гаснет свет! Свече доверю откровенье ! Палитра высохла от слез, но не закончена картина… Смешным котенком прячу нос, как будто плед спасет от сплина… Горячий кофе, теплый пар и отпечаток губ на чашке… Мне б пережить, этот кошмар — ну день, ну два… как две затяжки… А что потом?- Пиши- читай, скачи на солнышке, синица… Вот только нежность через край… из глаз рекой… и вновь не спиться… Рифмуя наши имена, стихи уходят до рассвета… Что остается? Тишина… И дым от влажной сигареты…
У девочки — вера в любовь и удачу,
В драконов и рыцарей, в добрых царей,
У женщины, к этому, опыт в придачу,
Отчаянье, горечь и стылость ночей,
И встреч неслучившихся — полные торбы,
Пролившихся слёз — не озёра, моря,
Коктейль из надежд, в них неверия, скорби,
Путей, как считает, что пройдены зря.
Но всё-таки, всё-таки, живы девчонки,
На донышках душ затаились и ждут,
Что явится принц, склеит веры осколки.
Хоть ранило многое, рыцарей чтут.
Отказ от чисел мудрость, благодать,
Зачем считать прожитые года?
Когда душа умеет так летать,
И сердце верит в чудо навсегда.
Забудь про цифры, мир их суеты,
Оставь их тем, кто время измеряет.
Есть красота, что выше высоты,
И тайна, что любовью озаряет.
Взгляни на звезды, слушай шум дождя,
Вдохни всей грудью аромат сирени.
И ты поймешь, что жизнь не череда,
А вечный миг, божественно творение.
Забудь про возраст, он всего лишь тень,
Что от луны на землю тихо пала.
И шестнадцать мои пролетели
Так же быстро, как сорок, печаль,
След оставили в сердце метели,
Но не лет промелькнувших мне жаль,
Не наивных своих откровений,
Обращённых частенько не к тем,
Не о счастье горчайших молений,
Не была я несчастной совсем,
Жаль того, что блуждала устало,
Не ценила щедроты Твои,
И, что времени, Господи, мало
Ты отвёл для последней любви.
Что осень? Мы с нею, как сёстры, похожи,
Всё ярче горим, но всё чаще итожим,
Оплакав, смиримся с доставшейся долей,
И просим покоя для стылого поля.
И он наступает… Зима не такая,
И я в ней другая … Но разве чужая
Ей буду? Такой вот — морозной, но чистой,
Белёхонькой, снежной, звенящей, пушистой.
Но вся жизнь меняется… снова… в апреле,
И вспомнятся песни, что прежде мы пели,
В душе что-то тонко звенеть начинает,
Когда крылья синие высь расправляет,
И золотом полнится небо и светом.
И в осень не верится, там она… где-то.
Девочка, этот июнь как немое пророчество,
Больше не жди одобрения, делай что хочется,
Нежность рассветов вдыхай, наслаждайся мгновением,
Внутренний компас подскажет тебе направление.
Смело выдумывай чудо, не жди чьей-то милости,
Пей крепкий чай на террасе, выращивай ирисы,
Съезди на море — послушай его откровения,
Строй грандиозные планы, лови вдохновение.
Девочка, жизнь нужно жить, таковы её правила,
Пусть получается криво, смешно и неправильно,
Пробуй опять и опять, прогоняй тени горестей,
Будь героиней своей удивительной повести.
А женщина просто красиво взрослеет,
Медлительней жесты, задумчивей взгляд.
В её лексиконе нет слова «стареет»,
Под статусный образ сменила наряд.
Разборчива в чувствах. Знает любима.
И каждый свой день бережёт, чуть дыша.
Несёт за плечами всё то, чем хранима.
Всё то, без чего очерствела б душа.
Она провела в ней большую уборку,
На свалку отправлен житейский весь хлам —
Всё, что тяготило, отвылось и смолкло —
Обиды, предательство, слёзы, обман.
— А что будет завтра?..
— А завтра. наступит осень.
Чуть ночи длиннее. и позже рассвет за окном.
И солнце. редким желанным гостем.
Всё реже и реже. баловать будет теплом.
— Так значит. Осень — пора печали?
Может прогоним её со двора?..
— Глупая. нам холода дали.
Чтоб знали мы цену тепла.
— Отмерьте мне лета.
— Вам много?
— 100 дней.
— Добавить к нему океан?
— Ну, конечно!
Ещё заверните воcходных лучей
И пять килограмм cамой вкуcной черешни.
— Могу положить перьевых облаков.
— Мне в форме крыла или белого паруcа.
— Вот шёпот волны, облака и любовь.
И cветлые cны.
— Упакуйте, пожалуйcта.
— Для радоcти еcть ещё платье из льна,
Две маленьких лаcточки. Клевер и лютик.
Услышь меня, всё сложится, поверь, конец и неприятностям приходит, на смену беспощадности потерь /а кто из нас судьбе всегда угоден?/ является забытый интерес, восторженность
великолепьем мира, и ты заметишь — зеленеет лес, ещё вчера он выглядел так сиро, в озёрной глади поселились облака, а синь небес приветливо прекрасна, и будет жизнь, возможно нелегка, но всё-таки чудесна, это ясно. И кто-то улыбнётся, вспомнив смех, подаренный тобой, пусть на мгновенье, блаженна радость в веренице вех, вернейшее от боли исцеленье.
Доверься мне, всё будет хорошо, пожалуй, так, всё будет превосходно! Ветрами обнимаю, да, ещё, душа в своих желаниях — свободна.