Арсений Сибагатов

— Я был единственным режиссёром, который когда-либо делал 2 картины с Мэрилин Монро. Забудь «Оскар», ведь я заслуживаю «пурпурное сердце».

— Вы должны иметь сон, чтобы вы могли встать утром.

— Я постоянно занята, и только ночь у меня свобона.

— Меня не интересуют деньги, я хочу только одного: изумлять.

— Мы должны помнить, что необходимо судить человека не по цвету его кожи, а по его личным качествам.

— Я не хочу жаловаться, что я как-то не высыпаюсь или невероятно устаю, потому что 90% мужиков в Москве, наверно, так же не высыпаются и устают-это нормальное состояние для нас. Поймите, уважаемые доктора, я же должен что-то делать на пенсии, тогда и отдохну, и здоровьем позанимаюсь.

— Порой, я ощущала, что чего-то нельзя делать, что грозит опасность: случались и предчувствия хорошего. Иной раз у меня проявляется дар предвидения. Хотя, конечно, я не Ванга и не могу всё предсказать. Скорее, это интуиция. Как-то я покинула самолёт за несколько минут до взлёта, потому что он мне не понравился. Я должна была лететь на съёмки в Киев. На основной рейс билетов уже не было, и мне предложили лететь маленьким дополнительным самолётом. Я уже сидела в салоне и вдруг интуитивно почувствовала, что лететь не надо. Оказалось, что он не долетел до места назначения и совершил вынужденную посадку в другой город.

— Иногда я просыпаюсь в холодном поту от страха, что я один и поэтому я выхожу, чтобы найти кого-нибудь кто полюбит меня. Хотя бы на одну только ночь. Но такие ночи-это всего лишь спектакль, а на самом же деле я хочу много любви. Но я всё время влюбляюсь, чтобы потом страдать. Здесь мне никогда не одержать победу. Люди боятся со мной знакомиться. Они думают, что я собираюсь их съесть. Но под этой маской я очень застенчивый и робкий. И очень немногие знают какой я на самом деле.

— У неё груди, как из гранита и мозги, как швейцарский сыр-в сплошных дырочках.

— При кажущейся лёгкости смешить людей. На самом деле-это совсем не просто.

— К моей глубокой радости, моя жена ездит со мной всегда и везде. Поддержка близкого человека-это как раз то, что помогает мобилизоваться перед концертом и быть в форме.

— Я никогда не говорил, что ты пытаешься быть похожим на меня. Я сказал: «Будь ты собой и улучшишь мир».

— Силы есть, потому что есть зрители. Терпеть не могу стариковское брюзжание: «Ах, как хорошо было в наше и время!!! Ах, как мы жили!!! Ах, как мы играли!!!» Но ведь, нельзя забывать, что на дворе 21 век и зрители от театра ждут теперь совсем другого. Если бы я почувствовала, что не могу соответствовать нынешней жизни будьте уверены, что на сцену я бы не вышла.

— Невозможно предугадать настолько измениться песня, пока не начнёшь работать над ней в студии. Многое меняется во время процесса зависи.

— Почему нужно выбирать сторону света или тьмы. Если ты прекрасен в их слиянии?

— Я люблю Францию времён мушкетёров. С удовольствием пообщалась бы с королём Людовиком, а в российской империи мне очень нравится эпоха Пушкина и декабристов. В ней романтизм, дух свободы, расцвет культуры.

— Я очень сентиментальный человек: рассмешить меня не просто, а слёзы часто возникают от жалости к кому-то, от несправедливости и от глупых ошибок, совершающимися людьми.

— Женский и мужской юмор, как говорят в Одессе две большие разницы. Хорошими клоунами бывают, только мужчины, а клоунесс, прекрасных, я видела, только на картинках Тулуз-Лотрека.

— Изволили ли, ваше превосходительство, слышать когда-нибудь о том, что такое — «полюби нас черненькими, а беленькими нас всякий полюбит»?
— Нет, не слыхал.
— А это преказусный анекдот, — сказал Чичиков с плутоватой улыбкой. — В имении, ваше превосходительство, у князя Гукзовского, которого, без сомнения, ваше превосходительство, изволите знать…
— Не знаю.
— Был управитель, ваше превосходительство, из немцев, молодой человек. По случаю поставки рекрут и прочего имел он надобность приезжать в гор…
… показать весь текст …

— Что ж ты делал в городе? Видел наших?
— Как же! Наших там много: Ицка, Рахум, Самуйло, Хайвалох, еврей-арендатор…
— Пропади они, собаки! — вскрикнул, рассердившись, Тарас. — Что ты мне тычешь свое жидовское племя! Я тебя спрашиваю про наших запорожцев.
— Наших запорожцев не видал. А видал одного пана Андрия.
— Андрия видел? — вскрикнул Бульба. — Что ж ты, где видел его? в подвале? в яме? обесчещен? связан?
— Кто же бы смел связать пана Андрия? Теперь он такой важный рыцарь… Далибуг, я не узнал…
… показать весь текст …