Если ты сейчас в сотнях, тысяч километров от дома с одним чемоданом, в который невозможно поместить свою прошлую жизнь…
Помни, что самое дорогое всегда с тобой: это люди, они всегда рядом… Это твои мысли и любовь в твоём сердце.
Если ты сейчас в сотнях, тысяч километров от дома с одним чемоданом, в который невозможно поместить свою прошлую жизнь…
Помни, что самое дорогое всегда с тобой: это люди, они всегда рядом… Это твои мысли и любовь в твоём сердце.
«Утро наступает потому,
что ты открываешь глаза»
Леонид Енгибаров
Открываешь глаза в наступившее ясное утро,
Не успеет рассвет в исчезающей ночи остыть.
Просыпается жизнь в предвкушении нового чуда,
Собирая тепло на ладони согретой листвы.
Открываешь глаза… в тот же миг отворяются двери
В неизведанный мир приходящего нового дня,
Где опять можно жить, обниматься, смеяться и верить,
Безоглядно любить, никого и ни в чём не виня.
© Copyright: Ирина Авакова, 2019 Свидетельство о публикации №119032908784
Ни любви, ни тоски, ни жалости,
ни веры, ни страха, ни просьб.
никому не покажет усталости,
или слабости,
хоть обескровь.
Тонкий «Винстон» и малость под градусом,
лёгкий свитер на голое тело.
рубиконы морали чуть смазаны,
и манерная
как королева.
Я закрываю глаза. Будто это выход.
Я закрываюсь в себе и сижу там тихо.
Я открываю планеты, ворота, душу —
Словом, всё то, что уже никому не нужно.
Я прорастаю в незрячие стены пылью.
Были здесь люди когда-то. Ну правда, были.
Выгнала шумных, немые исчезли сами —
Бросив губами жестокое — «ты не с нами».
Я не с собой и не с кем-то ещё возможным.
Я прокажённая. Я умираю. Можно?
Каждое слово всегда оставалось шрамом.
Я же — паломник, но не отыскавший храма.
Я не буду требовать от тебя верности, преданности. Не спрошу, из какой темноты ты приходишь ко мне по ночам.
Почему твои руки холодные, губы обветренны — мне нельзя придираться к таким мелочам.
Я не буду пытаться тебя удерживать, спрячу страх за улыбку, и пусть он остался в глазах.
И в порыве по детски отчаянной смелости, поцелуй я оставлю на теплых от солнца плечах.
Мне не страшно когда за тобой закрываются двери, боль приходит чуть позже, когда догорает рассвет.
Я боюсь просыпаться в пустой и …
Год стоял на краю и смотрел на прохожих вниз,
собираясь шагнуть на сцену из тьмы кулис.
В декабре все смурны: надо в джинсах карман подшить
и до премии как-то ведь надо ещё прожить,
закупить всё к салатам, со скидкой шампань и шампунь;
на работе всем что-то должен, куда ни плюнь.
Вот идёт, словно денди одетый, холёный клерк,
в голове он считает дни: вот среда, четверг,
завтра пятница, завтра в бар, как же всё доста…
Чёртов лёд! Реагенты! Скорей бы уж всё расста…
Вот Марина Степанна…
У сильных женщин на окне цветы:
Фиалки разноцветной паутинкой.
Разбитые наивные мечты
И песни на виниловых пластинках.
У сильных женщин грустные глаза,
До ужаса любимая работа.
Их не пугает за окном гроза
И разные тревоги и заботы…
Им хочется порой кричать навзрыд,
На цыпочках не лезть в чужие беды,
Не врать совсем, что больше не болит
И слышать от кого-то: «Жди. Я еду»…
Как туман вошел в листву
рощи на холме
так и я в тебе живу,
как и ты — во мне.
Ветер ястребу родня.
Даже не любя,
будем помнить: ты — меня,
как и я — тебя.
И когда откроет дверь
ночь тебе во тьму,
где нет звёзд, — и мне, поверь,
звёзды ни к чему.
И холодно, и шарф еще со мной,
И тёплые ботинки ноги греют,
Но, хоть убейте, пахнет мне весной —
И я от ощущения дурею…
Так зябко мне, и ветер так колюч,
Что я в перчатках руки жму к карманам,
Но солнце, выползая из-за туч,
Мир наполняет светом, как дурманом.
Почти беззвучно холод костерю,
Мне мало солнца, оттепели мало!
Но, хоть всего лишь по календарю,
А, всё-таки, весна уже настала.
Мы — дети, рождённые в эру неверья,
Мне веру не дали ни школа, ни мама.
Стоят перед нами закрытые двери —
Ищу я дорогу не в церковь, но к храму.
Не купол из золота, в небо летящий —
Хочу я найти своё главное Слово
О Зле и Добре, в этом мире творящем…
Но только боюсь, я к нему не готова.
Я снова иду мимо церкви той. Мимо!
Неверье в душе разрастается брешью,
И лба не крещу, не клоню свою спину…
Вот так и живу: не святой и не грешной.
У тебя под веками — древний лес, утонувшее солнце, ночная хмарь. Я искала в тебе синеву небес, а нашла лишь разбитый чужой алтарь. Ты не помнишь себя в глубине веков, по болотам не стелешь свои пути. Я иду к тебе в шелесте давних снов и дрожу от предчувствия — не найти.
Если мы не встречались в былых мечтах, то откуда мне ведом твой тайный знак? Осыпается пеплом мой вечный страх: нам с тобой друг без друга нельзя никак.
Время каплет, вертится колесо, что свело нас, судьбы кольцом связав. Я иду по следам твоим в глубь лесов, чтобы снова вглядеться в твои глаза — в лабиринт отражений, живую мглу, затанную пустошь в тылу огня —
и Макошь убирает свою иглу, чтобы ты, обернувшись, узнал меня.
Ты понимаешь всё без лишних слов,
Хотя порою и не так, как надо:
Вчера хотела кофе и цветов —
Принёс мне чай и плитку шоколада.
Я не просила шубу из лисы,
Лишь покупала модные журналы.
Ах, дорогой, спасибо за часы!
Как ты узнал, что я о них мечтала?
Хотела отоспаться в выходной,
Потом валяться с книжкой на диване,
Но молча ковыляю за тобой
На лыжах в лес холодным утром ранним.
У материнства очень много лиц…
И женщина в ночи у колыбели
И та, что у иконы пала ниц,
Чтоб пули мимо сына пролетели…
И та, что улыбается слегка,
Смотря на нос морковный снежной бабы.
И та, что от звонка и до звонка
Ждёт весточку, короткую хотя бы…
И та, что варит каши по утрам,
И обнимает в мире всех нежнее!
И та, что без огласки или драм
Последнее отдаст — кому нужнее.
Да пошёл бы ты, идиот,
Я смеюсь до слез, до икоты,
Беззастенчиво врет и врет,
Мне б твои, дурачок, заботы.
Ты, болезный, до боли глуп,
И до боли смешон и жалок,
Ты башкой своей треснись, звук,
Как от дерева, «это шалость».
Ты проныра, болван и плут,
Ты меня обмануть пытался?
Где-то шлялся' - «любимых ждут»
Да на кой, ты скажи, мне сдался?
Ты же тот ещё ловелас,
Пресловутые две минуты,
Что-то теряем, что-то находим,
Тех покидаем, к этим приходим,
Где-то отважны, а где-то боимся,
В чём-то открыты, в чём-то таимся.
Плачем, смеёмся, дурнеем, стареем,
О неслучившемся долго жалеем.
Все, так по-детски, мечтаем о чуде.
Слабые, сильные, люди как люди.
Так бывает. Люди расстаются.
Иногда без видимых причин.
Толь не та каёмочка на блюдце,
То ли блюдце малых величин.
Забывают первое свидание.
Первый поцелуй, касанье рук.
Две судьбы не ищут оправданий.
Две судьбы чужими станут вдруг.
Так бывает. За минутным срывом
Обнажается вся мелочная суть.
А обида маленьким пунктиром
Перечеркивает всё, что не вернуть.
Школа жизни _суровая штукв
Я давно не стучусь туда, где не ждут.
Видно, мудрость приходит с годами.
Я всё чаще теперь выбираю маршрут,
Где ничто не сверкает огнями.
Я привыкла к тому, что уходят друзья.
Кто куда… Иногда в неизвестность.
Я усвоила то, что цепляться нельзя
За такое понятие — верность.
Мне судьба не один преподала урок.
Школа жизни — суровая штука.
И когда за спиной вдруг нажмут на курок,
Умираешь в немыслимых муках.
Вручили жизнь и сразу сообщили:
инструкций нет, учиться будешь сам.
Есть некий мир, и ты в нем — сумасшедший,
и вечно будешь слышать голоса.
Они кричат, и криком душат мысли,
пульсируют под кожей в струнах вен,
И где-то в них — твой личный сиплый голос
Не более, чем жалкий муравей.
Вручили жизнь. Сказали, разберешься.
Пойдешь вслепую, в полной темноте.
Пойдешь один, в ладони стиснув время:
оно — твой яд и твой иммунитет.
Решай, как пить — ты можешь сразу, залпом,
Когда ты встречаешь ангела, не важно, в метро ли, в булочной,
Созвездия вниз не падают, небес не трещит эмаль.
Не ёкнет в груди волнение, и ветер, беспечно уличный,
Не будет дрожать под крыльями, звеня, как резной хрусталь.
Часы не замрут испуганно, споткнувшись о грань деления,
Не станет бледнеть, как при смерти, горбатый старик-фонарь.
И в парке, осенне-пламенном, не будут цвести растения,
А в лужах, от ряби сморщенных, никто не найдет янтарь.
Когда ты встречаешь ангела, то вряд ли заметна ра…
Любой,
прошедший эту жизнь,
оставит след.
Большой ли?
Малый?
Так просто:
надпись на стене,
фонарь, разбитый на вокзале,
В грязи запачканный паркет,
качели, сломанные ночью.
Тот след,
что можно починить,
отмыть или
Ира FED"Жизнь пролетает моментально, а мы живём, как -будто пишем черновик.Не понимая в суете скандальной,...
Амалия Сирин ИсраиловаБооооооооже😁😁😁😁😁😁Смеялась в слух!
Евгений Снежин -БригиневичУпоминание 5564 компонентов
..???)
Количество компонентов в квантовом
устройстве (кубиты, соедин...
Евгений Снежин -БригиневичСоболезную... соседям!!?)
Амалия Сирин ИсраиловаАнтоним к "пустота"- "наполненность". А полнота(душевная)-это как раз она. Худоба тут вообще из друг...
Влад56У меня знакомые в 80-е, в Ленинградском зоопарке, в секции приматов работали. Я почти каждые выходны...
Евгений Снежин -БригиневичОК!))
А мой брат младший
БАЯН мусолил
ТРИ года?!)
Ира FEDДушевно, Наташа! Спасибо! В одном столбце целая жизнь с её печалями и радостями... Годы уходят. Сомн...
Амалия Сирин ИсраиловаНаташ, ну зачем ты всё время в "надежные критерии" и "списки компетенций" уходишь?Хороший текст -это...
emptyполноте вообще-то не пустота антоним , а худоба
Амалия Сирин ИсраиловаДа ну боже мой) Она-это женщина. Меч -её сила, рана-её боль. Диалог - это когда она не знает, защища...
Галина СуховерхКрасивая дата - 50 лет. Полвека.)
Алексей ЛобачёвЭтого хватает. Думаю, и мы с Вами не исключение.)
https://www.inpearls.ru/2221083
#2235338 Повтор публикации #24557?
#1264935 Повтор публикации #1233319?
#296544 Исправить текст публикации?
#394107 Исправить текст публикации?
#249664 Повтор публикации #213640?
#182977 Исправить текст публикации?
#56658 Исправить текст публикации?
#37828 Исправить текст публикации?
#1914536 Исправить текст публикации?
#1914135 Удалить авторство © Ги де Мопассан 86?
все ⮕
Natali Ivanova- 27 мая получила Розовый жемчуг
Альбина Соколова 26 мая получила Белый жемчуг
Женя Еременко 26 мая получил(а) Розовый жемчуг
Tatyana Sinyavskaya 22 мая получил(а) статус автора
Валентина Лавина 22 мая получила Белый жемчуг
Лоли Персик 21 мая получила Белый жемчуг
Джулия Свон 21 мая получила Белый жемчуг
Леший 21 мая получил Серебряный жемчуг
Андрей Шумилов 1711 17 мая получил статус автора
Максим Галдин 16 мая получил статус автора