Пусть в каждый дом приходят лишь Благие вести! И в семьях главным будет слово — ВМЕСТЕ!

Кто я в этом мире? Может, незабудка,
Может быть, степная горькая полынь?
Для кого — репейник, для кого-то — прутья,
Старожил далёких кочевых пустынь…

Может, я былинка из степных просторов,
Мне все время снятся теплые поля,
Небо голубое, мерный шум моторов,
Ковыли густые да полёт шмеля…

Может, я лавина мощного норд-оста,
Парус одинокий на тугих волнах?
И со мною вместе, может быть, непросто,
Ведь витаю часто в грёзах да в мечтах…
… показать весь текст …

пусть страх донимает, как ноющий слабый зуб,
я прыгаю в пропасть — ты ловишь меня внизу,
и рваные судьбы срастаются новой фреской,
шипы обращаются в шелк:
мы вместе, сокровище дней моих, вместе.
отныне
все хорошо.

Её счастье не было чем-то хрупким и эфемерным, как легкокрылый синий житель чужих сказок. Оно не жило в клетке ожиданий и не подчинялось чужим законам. Оно было Огненным Фениксом — пламенным, неудержимым, рождающимся снова и снова из самого пепла разочарований, потерь и испытаний.

Каждый раз, когда казалось, что всё кончено, что пламя угасло навсегда, она находила в себе силу заново зажечь огонь. Сначала — слабый уголёк надежды, затем — робкое пламя новой мечты, а потом — мощное зарево, освещающее путь. Её счастье не боялось сгорать, потому что знало: впереди новое рождение, новый смысл, новая высота.

Она не искала покоя, не ждала, что счастье прилетит само и сядет на ладонь. Она создавала его сама, превращая боль в топливо, а падения — в возможность взлететь ещё выше. И каждый новый Феникс, рождаясь из пепла прошлого, был ярче, мудрее и сильнее.

Её счастье не было синим. Оно было огненно-алым, как закат перед новым утром, как жизнь, которая никогда не сдаётся.

Я трогал во сне твою нежность,
Ты отвечала взаимностью мне.
Царила вокруг безмятежность,
Я лицезрел твою душу извне!

Хоть это звучит и банально, но мы все погрязли в житейских проблемах, забывая о том, что есть ещё что-то более значимое.
Например: душа, дружба, любовь, доброта и понимание.

Знаешь, мама, я убит под Ржевом.
Луч рассветный побеждает тень,
А на расстоянии прицела
У моих однополчан проходит день…

Знаешь, мама, мне уже не больно.
Я уверен — точно победят!
И поэтому становится спокойно —
Спи спокойно, Родины Солдат.

Помнишь, мама, берег нашей Волги,
Синие озёра и леса,
И глаза лучистые девчонки,
О которых так и не сказал…

Давай помолчим в тиши,
Друг другу в глаза заглянем.
Грустить — нет особых причин,
Весна только что-то буянит.
Картина и зимняя впрямь.
Засыпаны ветки набегом.
Давай помолчим, чай нальём.
Вечер крадётся вновь снегом.

Я не живу вашей
жизнью.
И не слежу
за ошибками.
Каждый давал
мне время.
Благо
и ценность
Света.
Верной осталась
в сердце — только себе.
Не всем же!