Я придумаю лето чудесное,
Чтобы в нём отдыхала душа,
В меру тёплое, ласково-нежное,
Чтоб приятно в нём было дышать!
Небо будет пусть бережно-синее,
В нём немного смешных облаков,
Будет речка прозрачно-красивая,
И кувшинки для мотыльков.
И деревья, как в праздник, нарядные,
И цветочки на клумбах, и смех,
И погода благоприятная
Для меня, для тебя и для всех!

Как хорошо, что мы на свете есть!
Живём и любим, верим и мечтаем!
Как хорошо, что радуемся здесь
Теплу и солнцу, ласковому маю.
Как хорошо, что дышим и живём,
Детей рожаем и вперёд стремимся,
Общаемся и что-то создаём,
Надеемся на что-то, веселимся…
А ведь могло и этого не быть,
Ведь часто всё от Случая зависит.
Он, как сумеет, может изменить,
Он, как умеет, может всё разрушить.
Ведь Случай часто изменяет всё,
Настрой, решения, традиции и планы,
… показать весь текст …

На небе ни облачка, солнышко ясное,
Журчит под ногами прозрачный ручей…
И лампа, как звёздочка, непогасшая,
Становится лишней в потоке лучей.
Бессмысленным кажется мне дополнением
К чудесной и яркой дневной красоте.
Ведь летнее солнце, как и весеннее
Ничто не заменит в пейзажном холсте.

Каждому в жизни конечно же хочется счастья,
Каждому хочется нежности, ласки, любви,
Чтобы не наспех однажды, не в одночасье,
А постоянно, чтоб им наслаждаться могли.
Но иногда всё случается очень непросто,
Счастье даётся не всем, да и то лишь в конце,
И задавать бесполезно кому-то вопросы,
Как бы узнать, да пораньше, на счастье рецепт.
А ведь счастливым стать в жизни не так уж и сложно,
Надо лишь просто запомнить, что счастье в тебе,
В том, как ты сердце откроешь душой осторожно,
И непременно оно улыбнётся тебе.

Мостки уплывают в озеро, в кувшинки и гул стрекоз, по звездной дороге возят нам небесное молоко, туман над долиной стелется — Велламо достала сеть, а мы образуем стеллиум в вечерней святой росе. Планета моя огромная, планета твоя — сильней, нам выданы гром и молния, лабазника белый снег, ракита и дуб качают нас, скрывают в своей тени, извечное неслучайное ночным серебром звенит. Мы помним, как жить прозрачными, бесплотными, налегке, мы кем-то сюда назначены и скоро узнаем, кем, мы молимся тихой музыкой, и рифмой, и танцем рук, сердечные наши мускулы скрывают свою игру. На том берегу ни хижины, ни лодки, ни огонька, за нами следили хищники, но мы впереди пока, вода расступилась теплая, ладонь приняла в ладонь — и брызги сверкнули стеклами, и мир уместился в дом.

Нагретые доски лавочки янтарные, будто мед.

К тебе прилетают ласточки.
А сердце твое — поёт.

Мы помним то, что забывать нельзя:
Как гибли наши вечные святыни,
Домов сожжённых впавшие глаза
Погибшей, но не сломленной Хатыни…

Мы помним гарь сожжённых городов,
И плач детей, оставшихся без крова,
И душераздирающий вой вдов,
Пронзающий, как лезвие любого.

Вой бомб, как смерть, несущихся с небес,
Подобно наказанию из ада,
Солдат с винтовками наперевес,
И бесконечный грохот канонады.
… показать весь текст …

Одуванчик мой…
Стал облачком пушистым.
Солнце пригрело.

Любимые ромашки и грусть родных берёз
пронзают сердце наотмашь, живою силой светлых слёз…
А в душе кричит тишина — эхом воспоминаний.

Улыбается
удивленное солнце
чьей-то мысли…
разгоняя в небесах
набежавшие тучки…

Я не могу смотреть без слёз на кадры хроники военной,
На слёзы вдов и матерей, и на растерянность военных.
Весь ужас, что людей объял, передаётся мне по нервам,
И весь кошмар, который стал прицелом в дуле револьверном.

Нельзя смотреть без слёз на то, как нагло целятся фашисты
В людей, которым «повезло» мишенью стать во время тризны,
Как издевались над людьми с ухмылкой пьяною нацисты,
Как погибали те, кому ещё бы радоваться жизни.

На тех, чей взгляд потухшим стал, как от потери самых близких,
На тех, кому потом страна сама поставит обелиски.
На тех, которым суждено по воле рока или жизни
Отдать её на благо нас, чтоб стать свободною Отчизне.
… показать весь текст …