Как-то цель пока недостижима,
Но эффект побочный уже есть.
После перетряски и отжима,
Человек утратил свою честь.

Путают меня всё время с кем-то,
Находя во мне, чего в помине нет.
Расставляют кое-как акценты,
Кто ругает, кто вещает комплимент.
А иные просто подпевают,
То одним, то — то же самое другим.
Обо мне, как правило, не знают,
Но дают простор фантазиям своим.
И блуждают обо мне легенды,
Небылицы все похожие на бред.
О себе я даже видел стенды,
В коих капли правды не было, и нет.
Да при этом — всё полно ехидства,
У людей — по виду добрых и простых.
… показать весь текст …

Их разделяла невидимая стена…
И несмотря на это, их тянуло друг к другу как магнитом, будто в прошлой жизни были близкими людьми, но сейчас им мешает эта стена, которая не даёт им соединиться.
Эта стена другого времени — настоящего и от этого им очень больно, что никогда они не смогут быть вместе…

Кто говорит то, что хочет, часто слышит то, чего не хочет.

Первую муху на липкую ленту для ловли мух привлекает обманчивые запах и вкус поверхности, вторую муху — желание поближе понаблюдать за предсмертными конвульсиями первой.

Скучаю я по тебе, по нежности твоей,
Ничто мне заменить её не может,
Уж сколько лет я без неё, поверь,
И лишь воспоминания тревожат.
Скучаю по теплу озябших рук,
Которые в любой мороз согреют,
Скучаю по тебе, надеюсь, вдруг…
Привыкну, без тебя прожить сумею…

Люди за масками скрывают не лица, а свою обезображенную душу.
Лицо человека всегда можно изменить, но вопли его страдающей души, ни с чем не возможно спутать.

Мужчина должен то, а вот не должен это, кому он должен и чего? На это ведь не может быть разумно полного ответа.
Идя по жизни неспеша, шагая в ногу с веком, мужчина должен лишь одно — остаться человеком.

Хотел написать об этом стих, но прозой, я думаю, получится проще.

Мой сын почти уже взрослый, получил паспорт. Но я хочу не о том…

Я начну с того, когда сыну пока не было еще четырех лет. Сейчас уже не помню, именно, в каком возрасте он творил чудеса, причем, чудеса умные!

У меня мама работала швеей, да и в наследство осталась бабушкина «Подолка», точная копия швейной машинки «Зингер», то бишь — раритет, 1951 года выпуска. Шьет всё! От тонкого шелка и тюли до толстых кожаных ремней.

Меня…
… показать весь текст …

Длинная речь так же не подвигает дела, как длинное платье не помогает ходьбе.