чтобы не остаться под чувствами… надо уметь дышать любовью.

Только самые особенные разгоняют твою кровь до нужного градуса…

— Ты когда-нибудь думал о том, как ты меня любишь? Спросила она меня, проваливаясь в мной расправленный для неё сон на моей груди.
— Да. Конечно, эта мысль живёт со мной каждый день пока я жив, всегда, и врядли она меня когда-то покинет. Ответил я ей тихим шепотом сердца, словами души.
— Моя любовь к тебе, это что-то нечто нереальное, что-то божественное, что-то такое, что за гранью возможного, что-то такое — космическое. Она именно такая — будто ты выходишь без скафандра в неё, словно она — это открытый космос. Первый и последний шаг в бесконечность, без воздуха, без атмосферы, и всё что ты ждёшь, это то — когда она разберёт тебя на атомы и молекулы.

Pavel°Tulpanov

Иди на запах музыки моей — души. На горький вкус как виски — мысли. Давай накрутим громкость в тишине, я изуродую стих свой тобой, о выдуманной моей любви из образов моей — жизни. Я обниму тебя собой изнутри, каждый твой орган, заражая собой каждую клетку твоего шикарного мозга. Петлёй кину тебя себе на шею, вздёрнусь на твоём днк, задушу тобой себя, и вновь приду к тебе в твою очередную новую жизнь — тысячный раз.

Pavel°Tulpanov

Там, в перламутровом рассвете, у обрыва горизонта, земля целует тихо небо. Там, алхимик из облаков лепил себе любовь, пытаясь найти в этом всём от смерти своей панацею. Нирвана, в опустошённом сердце, летела словами стихов его в человечество сирокко ветром, так писал сутру алхимик для тех, кто потерял себя и чувства свои на земле, пока ещё живых людей. Он любил гулять в своём саду среди чёрных тюльпанов, и слушать, как громко молчат его цветы о чувствах своих к разным леди и дамам, так открывались ему о любви запретные богами тайны. Он любил оставлять после себя запах флюидов своих в царстве теней, одетых в маски, играть сознанием своим в придуманных ими порочных сказках. Он любил уходить вслед за закатом, встречать там первым рассвет и возвращаться вместе с ним обратно. Аутентичный самому себе, без фальши, острым шрифтом о жизни своей любил писать алхимик мемуары в душе.

Pavel°Tulpanov