Неразборчивый почерк судьбы на рецепте личного счастья…
Доктор, если бы, да кабы, если б раньше, хотя бы отчасти
Знать. Не знал и не видел нужды. Знал, любимые это знают.
И до утренней самой звезды неразборчивый почерк читают.
Ночь на улице, тусклый фонарь, тени призраков, где ж аптека.
Заговоры мне протарабарь город сумрачный — сонный лекарь.
Вот рецепт, но какой эликсир? Знаем, много вас, пряча ухмылку,
Выдаёт мне судьба-кассир предназначенную бутылку.

Аппетит озверел, округляет бока, вот теперь мне совсем не до скуки. Заберите его, я бесплатно отдам в ваши добрые — добрые руки…

Скоро снег будет в дырках — проталинках.
И все чаще терзают вопросы…
Говорят, мужики любят маленьких,
Я же баба высокого роста!

Вон шагает на шпилечках тоненьких,
Завлекает карданным движеньем!
Говорят, мужики любят стройненьких,
Я ж к весне в жировых отложеньях.

Настроеньице стало поскудненьким.
Что мне делать? Ну кто тут ответит?
Говорят, мужики любят умненьких…
Нет… мужик мне, как видно, не светит.
… показать весь текст …

Память воспоминаний может погрузить на дно… а может вытолкнуть и на поверхность…

Прочитала фразу — не нравится, примерила к неприятному мне человеку — теперь нравится)

Сотворил бог из ребра Адама Абрама, повелел им плодиться и размножаться. Но не дождавшись потомства от Адама и Абрама выгнал за ослушание педерастов из Рая.

Иллюзия свободы и есть самая тяжелая неволя.

В вальс-диалоге можно легко закружиться, с тем человеком, с которым мы на одной волне

Где отблеск северной Звезды,
Растает в дымке изумрудного сияния
Оставит шлейф, скользнув по Млечному пути,
И ляжет памятью на плечи мироздания…

И мы, родившись в призрачных мирах,
Свет ощущая, не бредем уже наощупь,
И взглядом Памяти нам светит та Звезда,
Что всех Любовью нас сиять пророчит.

Стараться быть особенным, это — заурядность, быть собой это — уникальность.