Валентина Барановская-Карякина

Ольге Флярковской

Все будет так, как будет.
За эти простые слова
Меня кто-то осудит?
А слезы вслух скользят,
Внутри они не сохнут;
Никому дела нет до них:
Ни «ойкнут» и ни «охнут».
И как же это хорошо,
Когда все вместе знаем,
Что все проходит и пройдет,
Во что мы ни играем.
И «твердость» эта внутри нас,
… показать весь текст …

Что, характерами не сошлись?
Ничего, бывает, ведь это жизнь…
Близкие родственники, да?
Тогда капкан, тогда беда;
Ведь номер билета не выбираем.
Капкан «по крови» «свое дело знает»,
Сначала мучает, потом — добивает…

Спеши делать добро, но помни,
Чтобы не взывать к небесам:
Оценит, скорей всего, один.
И этот человек — ты сам…

Спеши делать добро,
Но помни всегда, чтоб
Не взывать к небесам.
Оценит лишь один.
И этот Он — ты сам…

А повторенья и похожести скучны.
Все заодно и все напрасно плачут;
И золотые блики много значат;
В них лица эти, лица те и Ты, и Ты…

Путь пройден — уже все нипочем,
Позади страх, слезы, обида,
А суетится не нужно для вида,
Обратный счет давно включен.

Нам неизвестны все вещие сны,
Как долги и красивы звуки песни,
Когда с обыденностью не вместе,
Горечь играет окончанье новизны…

А повторенья и похожести скучны.
Все заодно и все напрасно плачут;
И золотые блики плавно скачут;
И лица эти, лица те и ты, и ты…

Нам не известны вещие все сны,
Как дОлги, как красивы будут звуки,
Как вновь обыденности мягки руки,
Как кратка горечь окончанья новизны …

Лицемерие — враг добродетели.

Чего не можешь добиться доблестью, достигнешь лестью.

Когда лиса начинает читать проповеди, береги гусей.

Они нашпиговывают свои постные книги жиром чужих трудов.