Я оказался в каком-то мыльном пузыре. Мыльном. Но непроницаемом. Рвусь из него… толкаю руками мыльные стены, и, кажется, эта стена лопнет… разлетится на сотни радужных частиц. И я смогу, наконец, вздохнуть свежий воздух. Бех примеси тебя. Без твоего запаха. Без воспоминаний о тебе. И эта мыльная радуга даже поддается… прогибается под моими руками. Гнётся под моими немыми криками… Но всё тщетно. Отбрасывает в сторону. В центр этого мыльного ада.

Сосредоточие в одном человеке убивает. Нельзя. Нельзя растворяться. Нельзя впускать никого туда, где начинается край розовой незащищённой кожи взамен наращенной толстой брони.

Нельзя отказываться. Нельзя запирать себя в одном человеке и делать из него собственного идола. Умирать от пинка под рёбра. И воскресать от ладони на голове…

Нельзя. Подпускать настолько близко, насколько возможен твой внутренний зверь. Никто. Никто не будет с тобой нянчиться в этом сраном мире. Всем глубоко и давно на тебя посрать, кот. Пойми это уже. И успокойся.

Самые сильные и искусные психологи не умеют бороться с собственными демонами. Хорошие слушатели — рассказчики совсем никакие. Вбирая чужие проблемы, мы пассуем перед внутренней войной. А тех людей, которые бы захотели разобраться в тебе, в твоём сложном и таком закрученном мире… их единицы. И мало кто дойдёт до конца, вчитываясь в тебя. Понимая тебя. Принимая тебя… Свернут на полпути. Просто потому что ты не меняешься. И это не твоя вина. Ты просто не можешь.

В темноте лёгкой поступью… В туфельках из хрустальных слёз… Взмахом рук нарисуешь россыпи… Из кроваво-красных звёзд… Мокрым всхлипом тихого плача… С шелестом тихого нежного шелка… Как всегда ничего не знача, Выпрыгнут сытые белые волки… Облаков грозовых зачатки… С рук напоишь парным молоком… Синей веной под тонкой перчаткой… Грянет хмурый рокочущий гром… Серой стаей промокших созданий… По приказу громового вождя… Окропятся покрытия зданий… Поцелуем ночного дождя… Ну, а ты в окружении волчьем… В диком танце капризных бесов… Принакроешься бархатом ночи… Уходя в царство неги и снов… 04/03/18

..я давно вас почитываю. Но лишь недавно начал вас читать.

Время-как дикий мустанг. Неподвластно по природе своей. Не ходит ни под ждущим, ни под спешащим. Всегда на своей волне. Свободолюбиво.

Мы становимся людьми-фильтрами. Ситечко которого — наш жизненный опыт. Эмоциональный и физический… И после фильтрации кого-то хочется читать взахлеб. Эту духовную пищу, обогащенную именно этим человеком. А кого-то не хочется совсем… Потому что не отфильтровались ни на грамм грязь и болотная жижа.

Отвыкай, привыкая… к отсутствию.

Порой чужие рифмы плачут именно нашими слезами…

Каждому дается ноша по силам — так говорят. Хотела бы я однажды узнать, кто стоит на раздаче. И надрать ему уши, чтобы неповадно было.

Когда знаешь, о чем поговорить с человеком, это — признак взаимной симпатии. Когда вам есть о чем вместе помолчать, это — начало настоящей дружбы.

Всякий уважающий себя шизофреник обязан время от времени обсуждать с собой, любимым, текущие проблемы.

1. Хотел бы я научить тебя вместо: «Ох, как все плохо!» — думать: «Надо же, как интересно!» Но такое отношение к жизни приходит только с опытом.

2. В конце концов, если не позволять себе иногда побыть придурком, жизнь лишится доброй половины удовольствий.

3. У меня есть прекрасное правило: если происходящее перестает нравиться, надо немедленно уходить.

4. Добрые приметы следует изобретать самостоятельно. Кого встретил, тот и к удаче. Так и запишем. И запомним. И день проживем соответственно…
… показать весь текст …

Все люди, которых встречаем по жизни — это и есть мы. Если на твоем пути часто появляются сплетники, значит, это качество есть и твоем характере. Мироздание этим как бы обращает твое внимание на твою внутреннюю неполадку.
Недавно я обратился к врачу с жалобами на сильные боли в пояснице. Я рассказал ему о том, как всю неделю подавляю боль диклофенаком и легче уже не становится. Врач с улыбкой выслушал меня и сказал: «С болью надо дружить, Эльчин. Это сигнал организма на то, что где-то у тебя сб…
… показать весь текст …