Holmogorets

Суть спора многовекового —
Остряк повергнет умника любого.
Легко сплетёт вокруг него интригу.
И даже жалко бедолагу…
Из-под плаща достанет умный книгу,
А остроумный — шпагу.

Чем больше изучаешь силлабо-тонику, тем меньше остаётся великих поэтов.

Когда жена была в отъезде,
Аркадий сам сварил обед
И белую свою футболку
Он постирал в зелёный цвет.

Слушая тишину, молча сижу на берегу…
Запищали комары:
-Пора домой.

Праздник всегда со мной!
Многие скажут:
— Да ты гонишь!
И я отвечу:
-Конечно, гоню! Оттого и праздник!
(пост в честь опорожнения дубовой бочки. Сильный обжиг. Второй залив. Фруктовый мацерат)

Взывал Аркадий слёзно к Богу,
Склонясь пред монитором низко,
-Господь! На жизненной дороге
Даруй свой лайк мне и подписку!

К чужой совести чаще взывает тот, у кого нет своей.

-Я не могу, не хочу принять
То, что нас любит Творец.
Сколько мучений и горя, бл*ь,
Терпим и ждём свой конец.

Вот почему, ответь, наконец,
Всегда мы должны бояться?
Отец он нам, или не отец,
Иль мастер мистификаций?

-Знаешь, Адам, никого не виня,
Помня, что будет за Древо,
Принял бы снова тот плод от меня?
-Конечно бы принял, Ева.

Если бы смерти не стало, жизнь
лишилась бы всякой поэзии.

Нет сосулек с краю крыш нифига,
Не стучит капель в подоконник.
Словно выйдя со штыком на врага,
Их лопатой посшибал ловкий дворник.

А внизу, за огражденьем из лент,
Красно-белых-полосатых и грязных,
Я с мальчишками стоял и смотрел
Как летят с карниза яркие стразы.

Вроде чисто, ничего не висит,
Нет на крыше больше светлых висюлек.
Только что-то на душе тяготит,
Что же это за Весна — без сосулек?