КоУч

Налет предзимней тишины
Как одеяло ранней птахе.
Без крика, дыма, суеты
Так только осень… осень пахнет.

Краснеют яблочек бока
На ветках гибких и холодных.
На речке… много молока.
И звери в распушистых тогах.

Тиха осенняя пора,
Тревожны только птичьи стаи.
Им на юга теперь пора…
Подняться в высь. И в ней растаять…

Избитыми рифмами наперекосяк.
Лишь три кита в поддержку мира.
И листья в осень уже горчат
В окно влетая приквартирное.

Под звуки бьющейся воды
Заплачет истеричка-скрипка.
Я буду вровень так, как ты,
В Джоконде главное — улыбка.
Я буду вровень, без прикрас,
Оставлю вмятины на солнце.
Камнями пичканный матрас,
В мохито красно-бурый стронций.
Я буду вровень. Белый слон,
Совсем не тот, что как привычка.
Развеет дым, как страшный сон.
Во след огню за чёрной спичкой.
Шагая пальцами парад,
По смятой форме покрывала,
… показать весь текст …

Внутренняя окаменелость — признак либо усталости, либо равнодушия.

Здесь пока ничего нет.

Женщина может солгать. Глазами. Голосом. Телом. Может отдаться без любви. Может ссимулировать оргазм. Но действие с руками-это интимное таинство. Это искренность. Это душа. Знай — если женщина позволяет тебе целовать свои руки, греть дыханием, сцеплять их в замок с твоими — она твоя.

Есть Стена Плача. Есть Великая Китайская Стена. А есть Стена Непонимания Между Родными Людьми. И она страшнее, крепче и нерушимей.

Сметающий все на своём пути внутренний мыслепад способен сделать безумцем любого поэта, если тот не откроет двери из себя, выпуская наружу эту стихию.

Женщины любят не ушами. Женщины любят… руками. Засунут эти свои маленькие ладошки в сильные мужские руки и чувствуют себя самыми счастливыми и защищенными. Ни одна женщина не даст ласкать свои руки нелюбимому мужчине.

Искать подводные камни в пустыне — так же тщетно, как искать чёрных кошек в темноте.