Hе суeтитeсь, люди! Жизнь любит, чтобы eё жили…

Для литературы, давно уже страдающей избыточным весом, афористика подобна целительной гомеопатии. Лечебные дозы — незначительные. Польза — несомненная.

И самый большой роман может стать лишь мимолетным эпизодом в литературе. Зато и самый маленький афоризм — её обретением.

Что бы услышать важен не слух, а человеколюбие…

Нам предъявлен февраль для того, чтоб мело и мело,
Чтоб свеча на столе и скрещённые тени над нами.
И, воспитанный книжною стаей пацан пожилой,
Ждёт, когда Пастернак разбодяжит чернила слезами.
Эти строки легли в лексикон, словно пакля в пазы.
С детства их прививали, совместно со свинкой и корью.
Что за май-чародей, если нету в начале грозы?
Что за август без Анны Андревны с бедою и скорбью?
Рыбий жир фонарей мы ещё по традиции пьём,
Но фонарь без аптеки уже привлечёт нас едва ли.
Как нам быть, если станет понятно, куда мы плывём?
Что читать, если список чужих кораблей до конца дочитали?

Хорошие воспоминания — всегда сочатся и печалью: в них мы счастливы в моменте, и это мгновение может больше никогда не повториться.
Воспоминание — это то, что мы уже пережили…

Сартр сказал мне однажды, что очень умные люди не бывают злыми, злость предполагает ограниченность, априорную глупость, и, к моему изумлению, время лишь подтвердило пpавоту этих слов.

Не каждый мужчина может подобрать слова, чтобы выразить свою любовь женщине. Но каждая женщина способна чувствовать любовь мужчины и без слов.

Недоверие основано на неверии и сомнении в честности и порядочности человека, значит были тому причины.
Плесень обычно появляется там где нечисто.

Любовь — лекарство от эгоизма…