Кисычев

день первый. президент с экранов:
«мы закрываем все границы».
проснулся рано. впал в нирвану.
я дома. и не надо бриться.

день два. и президент с экранов:
«у нас готовы все больницы».
проснулся поздно. плавал в ванной.
поэзия. гитара. пицца.

день три. и президент с экранов:
«мы закрываем вам столицу».
весь день Бодров и Балабанов.
я обожаю веселиться.
… показать весь текст …

и вроде луна всё та же,
и звёзды такие вроде,
собаки, коты, пейзажи.
проблема — в людской природе,

которая любит рушить
всё то, что не создавала
весна захлебнулась в луже,
и окна щербят оскалом.

в них смотрят, скучая, люди
на звёзды, луну, пейзажи,
на мир, тот, который будет
и тот, что на распродаже.
… показать весь текст …

мир заболел, и стало зыбко.
мы в чьём-то странном сериале,
где Бродский вечно актуален —
сиди, не совершай ошибку,
пока за окнами помехи,
не покидай свою квартиру,
не выходи к больному миру,
мир не простит твои огрехи.

тебе не верится? мне тоже.
как это всё могло случиться?
вершились новые страницы,
теперь мы вылезли из кожи,
чтоб написать чего-то снова,
… показать весь текст …

мир снова вылетел на встречку.
и люди покупают гречку,
и люди ощущают тягу
брать туалетную бумагу,
и макароны всяких видов,
чтоб пережить свою обиду,
что снова вылетел на встречку
мир этих слабых человечков.

я сижу на кухне,
верю в силу скреп:
доллар скоро рухнет,
чтобы рубль окреп.
доллар, сука, вырос,
рубыль не окреп,
жжёт коронавирус,
миром правит рэп.
я скупил всю гречу,
макароны, рис.
наконец-то встречу
апокалипсис.

вечность обновила списки:
мы с тобою в группе риска.
слышишь? это где-то близко.
видишь? это прямо тут —
то, что открывает виски,
улыбаясь по-садистски,
безусловно, это низко.
но сейчас, конечно, гуд.

мы с тобою в карантине:
ты на льдине, я на льдине,
тонем, путаясь в путине,
подавая знаки sos.
в этой скомканной картине
… показать весь текст …

голова забита новостями,
днём ушедшим, ссорами, работой,
сексом, социальными сетями
и мечтами выспаться в субботу,

вечным ожиданием зарплаты
и раздумьем о покупке кошки,
чем-то, что достанется по блату,
и желаньем выйти за окошко,

тёплыми родными именами
и воспоминанием о лете,
теми, кто давно уже не с нами,
теми, кого нет на этом свете,
… показать весь текст …

мы уходим незаметно
сизым дымом сигаретным,
белым облаком рассветным,
яркой россыпью огней.

мы уходим ритуально,
тихо, как из детской спальни,
всё сакральней и сакральней
по костям минувших дней.

мы уходим час за часом,
время строит нам гримасу.
смотрит кто-то седовласый
с каждым утром всё грустней,
… показать весь текст …

смотри, я картину рисую:
здесь лес, чуть правее овраг,
заката лазурные струи.
скажи, как мне выразить мрак?

рисую людей на опушке,
усевшихся возле костра,
поющих нестройно «Кукушку».
скажи, как мне выразить страх?

рисую Луну в главной сцене,
планеты, вошедшие в роль,
их зритель с восторгом оценит.
скажи, как мне выразить боль?
… показать весь текст …

я рассказал тебе так много
и также много не сказал:
какой была моя дорога
на этот призрачный вокзал,
где отправляются куда-то
и приезжают в никуда,
меняя судьбы, время, даты,
любви святые поезда.

однажды, сев на полустанке
в какой-то выжженной глуши,
я в чемодан сложил останки
своей разобранной души.
мелькали в окнах чьи-то лица,
… показать весь текст …