Юрий Тубольцев

Результатом спора становится не истина, а надутость смысла.

Если получилось в рифму, значит не получилось.

Красивая женщина мужчину и крепит и слабит.

— Как быть? — спросил я у девушки.
— Ты что, так знакомишься? — удивилась она.
— Так и быть! — согласился я с ней.
— А я тебя не уговаривала! — удивилась девушка.
— Чему быть, того не миновать! — сказал я.
— Какой же ты не скромный! Нескромные результаты за скромное время тебя ждут! — сказала мне девушка и убежала.
И тут я проснулся, перевернулся на другой бок и спросил «Как быть» еще у одной девушки.
Но она тоже убежала.
Убежала девушка, убежал и смысл, а я как коромысл, взвесил смысл. И понял смысл, как коромысл, рифмы нет, гармонии, так нет и смысл.

Буквы всегда искажают мягкую и расплывчатую мысль.

Стереть подметки башмаков можно, и топчась на месте.

Истина расплывчата, ибо написать её можно только на воде.

Человек — вечный пахарь интертекстового поля бессмыслицы.

Винт вкручивается только туда, где есть резьба, а человек вкручивается куда угодно.

— Какая же ты душка, существушка!
— Нет, я вонючая и несуществующая!
— А я тебя поодеколоню! Пшик! Пшик!
— Ты что, шуток не понимаешь?
— Ой, а я же тоже так шучу!
— Душ приняла, духи побрызгала, запах ненужный убрала, ведь я на встрече с мужчиной была!
— А других вариантов у тебя что, не было?
— Я лучше промолчу!