Златосвет

Помни! О тех, кто ушёл в небеса,
Встретив стеной смертоносный набег.
Помни! О тех, чьи глаза в новостях
Лишь на мгновенье, а в людях — навек.

Помни! О тех, кто успел и сказал
Важное что-то, на фронт уходя.
Помни! О тех, кто планету спасал,
Солнцем надежды из тьмы восходя.

Помни! О тех, чья весна расцвела,
Чьи имена произносят в церквях.
Помни! О тех, что страна призвала,
Чтоб не погибнуть во вражьих цепях.
… показать весь текст …

А если жизнь не миг и не столетье?
Лишь слово, что дано нам в утешенье…
Сорвутся в вечность листьев безответье
И бабочек застывших мельтешенье

На том холсте, что был белее снега…
Жизнь оборвётся, но она — лишь слово,
Летевшее с губ Цоя в сумрак века,
Рождаясь, как звезда, со строчки новой.

Подхожу к зданию, открываю дверь и чувствую, как что-то холодное упирается мне в грудь, вижу человека, его горящие как у быка глаза, всё остальное потонуло во мраке. Выстрел. Потом вижу: всё белым-бело, как от снега, передо мной чья-то рука… сестра милосердия и доктор. Спасён.
Промежуток в четыре секунды навсегда отпечатался в моей памяти. Обнаружилось, что выстрел сделал именно я. Тот человек успел зацепить меня штыком. И глаза его были наполнены в большей степени страхом, чем злобой. Приученный к подавлению всякой жалости к врагу, я всё же чувствовал её в своём сердце, продолжавшемся биться, тогда, как врага уже не было.
Так кончалась война. Долгожданная весна перешла в не менее долгожданное лето вместе с переменами, своими горестями и радостями, проблемами и перспективами. Жизнь заиграла новыми красками.

Ты меня не спросил об этом,
Ну, а я тебе не сказала,
Я летала меж тьмою и светом,
И о большем я не желала.

Птицей счастья в лазури небесной
Я мечтаю, как прежде, летать.
Быть женой мне немыслимо, честно,
Не могу ведь я память предать.

Так сильна моя память о небе,
Всё ласкают глаза свысока.
О насущном бы думала хлебе,
О семье, но влечёт на закат.