Нет, я не гнул иных, но прогибал…
продавливал…
и знал: себе дороже —
принять всерьёз за истинный металл
бахвальство алюминиевых ложек.
Так стоит ли в пылу житейских бурь
плодить гуманно кривеньких уродцев,
коль сердце,
присягая свисту пуль,
на кухонную утварь не ведётся?

Отнюдь.
Мне в кайф стальные голоса,
свинец в стволе, что выверен до грамма,
… показать весь текст …

Пилат бредёт по лунному лучу,
а Вевельсбург отбрасывает тени —
где Гиммлер управляется с гантелей
в пылу иезуитско-нежных чувств.
Не спрашивай —
кого? куда? зачем?
в висок ли… в переносицу — не важно…
Зрачок мерцает бешено и влажно
за стёклами дешёвого пенсне.

Всю ночь блевать шматками чёрных солнц,
кровавый ритуал введя в привычку.
Кто мордой в оливье,
кто матом — в личку…
… показать весь текст …

Ковырнёшь человечка и брызнет душа —
не тупи — постигай её — вот она…
только я зареклась есть Любимых с ножа
и травиться чужой поднаготною.
Одиночество —
высшая мера себя
по статье аморального кодекса.
Мир — простая условность за рамками «Я» —
плод иллюзий и личного космоса…

Кто сегодня твой новый придуманный бог?
ну давай, не стесняйся, накидывай —
седовласый старпёр иль безусый щенок
в пиджаке обязательном твидовом?
… показать весь текст …

Позу диктует положение.

Таких как я — много, а я — один.

Чтобы тронуть душу, не обязательно вынимать её из человека.

Пока миром правит алчность, справедливость определяется выгодой.

Ослу следует доверять в оценке качества сена, но не аромата розы.

Всегда идти вперёд — удел пешек, возможности фигур — значительно шире.

В споре побеждает тот, кто не спорит.