Нарисует нам май холст замечательный,
Вишней спелою сочной окрасив рассвет,
Изумрудной скользит кистью старательно,
Словно строки волшебные пишет поэт,
Под разливом зари, в час ранний предутренний.
Для весны ничего невозможного нет,
Расплескает капЕль рос перламутровых,
Следом белые хлопья-акации цвет.
Всюду бросит свой взгляд аквамариновый
Придавая холсту изумительный вид,
Солнышка круг заблестит мандариновый
Шелковистою тканью лазурной обвит.
От картины весны взор восхитительный,
Даже если захочешь, нельзя оторвать…
За всё, за всё тебя благодарю я:
За тайные мучения страстей,
За горечь слёз, отраву поцелуя?
За месть врагов и клевету друзей,
За жар души, растраченный в пустыне,
За всё, чем я обманут в жизни был…
Устрой лишь так, чтобы тебя отныне
Недолго я еще благодарил.
«Лермонтов не умел и не хотел скрывать свои мысли, маскировать чувства. Он оставался доверчивым и неосторожным. И больше, чем открытая злоба врагов, его ранила ядовитая клевета друзей, в которых он ошибался. И чувство одиночества в царстве…
Сыны небес однажды надо мною
Слетелися,воздушных два бойца;
Один — серебряной обвешан бахромою,
Другой — в одежде чернеца.
И видя злость противника второго,
Я пожалел о воине младом:
Вдруг поднял он концы сребристого покрова,
И я под ним заметил — гром.
И кони их ударились крылами
И ярко брызнул из ноздрей огонь;
Но вихорь отступил перед громами,
И пал на землю черный конь.
Стихотворение обращено к возлюбленной М. Ю. Лермонтова Н. Ф. Ивановой.
Время сердцу быть в покое
От волненья своего
С той минуты, как другое
Уж не бьется для него;
Но пускай оно трепещет
То безумной страсти след:
Так все бурно море плещет,
Хоть над ним уж бури нет!
Неужли ты не видала
В час разлуки роковой,
Как слеза моя блистала,
Чтоб упасть перед тобой?
Ты отвергнула с презреньем