Мила Вальс

Читать удобнее, буквы не лезут целоваться.

Гомосексуальность в российской политике напоминает кнут, европейской рукой охлестывающий депутатские попы. Судя по возгласам, обе стороны в восторге.

Людоедство заложено в людях. В детстве грызут ногти, повзрослев, съедают друг другу мозги.

Роняя слезу умудрялась являть её последней каплей в бокале.

Залетев в сердце бабочкой, уползла с извилин гусеницей.

Комментарий не в силах испортить произведение, а вот автора обнажает частенько.

Некоторые фразы сверкают, как глаза в тёмном сарае. Жизнь есть, а какая — пока неизвестно.

Десятая разлука — гарант очередной любви с первого взгляда.

Цветок в петле отвлекает внимание от галстука,
затягивающего молчание на шее.

Автор и читатель — две стороны одного одиночества.

Эволюцию слова оборвал поцелуй.

— Что бы вы сделали, если бы вам осталось жить сутки?
— Уехала бы, куда-нибудь, подальше от всех, на … ДВА дня.

Она обиделась и ушла в себя… двумя пальчиками.

Стоит меня приобрести, как тут же теряют другие.
Совесть

Окольцевали слово и ждали, куда покатится.

Заповеди нарушать не решались, пришлось превращать воду в вино.

Мужчина достойно носит рога. Женщине же — либо тяжело, либо некрасиво.

Гордость её напоминала распятие Христа. Все поклоняются, а он устал и слезть не может.

Лоботряс — человек, повесившийся вверх ногами.

— Конь Троянский! — пригрозил внутренний голос.