Игорь Рожкевич

— Что же мне теперь делать?
— Смотри. — женщина указала Ингвару рукой на небо, по которому плыли облака.
В этот момент облака стали медленно двигаться и видоизменяться, превращаясь в слова.
— «Познай себя!» — медленно прочитал Ингвар.
— Вот именно. — улыбнулась Хоодера и облака тот час приняли свою первоначальную форму. — Познай себя и ты познаешь мир.
Хоодера, широко расставив свои узловатые пальцы, провела рукой вокруг. И молодой человек застыл от изумления. На миг он увидел, как из соседней магнолии выплыла голографическая копия этого дерева и приветственно кивнула Ингвару, также сделали и рыбки в аквариуме, попугай в клетке, и даже, случайно пробегавшая мимо, кошка. А вот духовные копии цветов, недавно сорванных и теперь стоявших в вазе, выплыли из своих физических тел и кивнули Ингвару. Однако, обратно в свои растительные тела они не вернулись, а соединившись с тоненькой золотой нитью, полетели вверх в небеса. Видимо срок их пребывания на Земле подошёл к концу.

Являясь прямым потомком далёких представителей Четвёртой Коренной Расы, обитавшей на Земле, по срокам — непосредственно перед человечеством, и называемой нашими современниками Атлантами, она сколько себя помнила, всегда обладала иным восприятием окружающей действительности. Видеть ауры людей, слышать их мысли, частично знать будущее и чувствовать происходящее на расстоянии, ко всему этому она уже давно привыкла и считала это обычным делом.
Однако, больше всего ей нравилась способность ощущать своим внутренним оком родственников, живших ранее. И если обычный человек за всю свою жизнь был знаком со своими близкими только до четвёртого поколения, как правило, никто уже не знает своих прапрабабушек и прапрадедушек, то Хоодера могла отчётливо видеть всю родословную на десятки и даже сотни поколений вглубь веков.

Сразу после отлёта Посланника люди вернулись к своей обычной жизни.
Многие из них, глубоко прочувствовавшие как момент искреннего общения со своей персональной душой-смотрительницей, так и с Космическим Разумом, в одночасье переменились. Потенциально живые, они: вспомнили главное, отбросили ненужное, загорелись новыми идеями и устремлениями…
Остальные, потенциально неживые и воспринимавшие всё происходящее наподобие очередной неразрешимой квадратуры круга, наконец-то успокоились, вернувшись в своё привычное состояние: «ничегонехотения» и «всёиввездеплохости». Теперь они только и занимались тем, что бесконечно пересказывали друг другу свои странные сны, ненавязчиво интересуясь у собеседников: что бы всё это могло значить? Ответов, естественно, ни у кого не было.

***
О, радости живительные чары!
О, мимолётности бегущие огни!
Гармония пространства «не ума» Govi-гитары.
Нирваной-откровеньем звуки рождены.

Стиля нью-эйдж медитативное блаженство.
Струны, нетерпящей покоя, плач.
Как отголоском неземного совершенства.
Все чувства разом, вдруг, помчались вскачь…

Контакт стихий, бурлящих чудесами,
Уносит прочь… Переживания поплыли вдаль…
Лучистый бриз поёт под небесами.
… показать весь текст …

Всё гениальное на грани рационального и нерационального, вдумчивого и спонтанного, сиюминутного и вечного…

Настоящая книга — это истинный, полноценный, выдёргивающий из стабильной обыденности импульс, которым талантливый автор делится с вдумчивым читателем, после чего их души «летят» на одной волне.

Литературные произведения выдающихся авторов — это «машина времени», позволяющая потомкам окунуться в атмосферу былых времен.

Курилка Брюньон. Глава 5

По мотивам повести Р. Роллана «Кола Брюньон».

«Жив курилка!»

Глава 5.

Когда не думаешь, всей пропасти не видно.
Когда привыкнешь, вроде не обидно.
Ведь малый люд сплошь подчинён законам,
А все правители их пишут только личным лексиконом.

Что до меня, то нахожу весьма забавным,
… показать весь текст …

Курилка Брюньон. Глава 4

По мотивам повести Р. Роллана «Кола Брюньон».

«Жив курилка!»

Глава 4.

Обыденность всю жизнь меси, меси…
Какое счастье: через наш Кламси,
Как водопадом свежих новостей,
Проезд двух именитейших гостей!

Мадмуазель де Терм в сопровожденье
… показать весь текст …

Курилка Брюньон.

По мотивам повести Р. Роллана «Кола Брюньон».

«Жив курилка!»

Глава 3.

Эх, засиделся с вами взаперти.
Дух рвётся (как тут запретишь?)
Уйти дорогами мечтаний,
Дебри кроша воспоминаний.

Помню, в тот раз пошёл один.
… показать весь текст …