Часто общество пытается втянуть человека в границы рамок,
а что от этого плохо всем, никого не волнует. Потому как большинство людей смешиваются с толпой и не возражают, привыкая ‘ко всему' - только одиночки из масс выделяются индивидуальностью.

зависит прежде от тебя
побоку сборище стадо
иль слиться с толпой
тупя

Там поржём, там похохочем,
Там улыбнемся, между прочим.
Там просто славно посмеёмся,
Так сквозь невзгоды и прорвёмся.

Мы видим всех, и кто в какой беде.
И тысячу советов в миг находим.
В чужой душе мы как в своей среде,
В свою же даже в гости не заходим.

Говоришь о высоких материях:
Дружба, преданность, вера в мечту…
Но слова все твои — лицемерие.
Словно снег растают на лету.

Говоришь о незыблемых истинах,
О любви и о праве любить.
Только ты позабыла про искренность,
В слово надобно душу вложить.

Всё без мысленное имеет смысл.

Есть люди — стены, крепкие, могучие, идущие по жизни, защищая свой внутренний мир, душу и личное пространство. Время укрепляет их броню, как самый опытный скульптор, а любовь шепчет: «Я не могу до тебя достучаться, душа моя».
И вроде ее слышно по ту сторону баррикад, но дверь не спешат открывать. Она начинает стучать сильнее и взывать громче: «Самая сильная защита это искренность, впусти меня в свое сердце и тебе никогда больше не придется жить в страхе.» И если ее не слышат дальше, она одним ед…
… показать весь текст …

Я люблю людей искренних. От которых веет теплом. С такими рядом находится, как будто купаться в лучах солнца. Я люблю тех, кто входя в мою жизнь, делают ее лучше. Люблю когда уходя оставляют после себя приятные воспоминания, послевкусие остающиеся надолго. Люблю тех, кто из обычных дней умеет сделать сказку. Кто одним лишь свои «привет» может подарить моим губам радостную улыбку. Люблю когда все по-настоящему. Люблю когда не боятся чувств, проявлять, дарить их. Люблю когда пробирает до дрожи, до мурашек. И не важно что это вызовет, люди, фильмы или же музыка…

Пожалуйста, будьте с любимыми искренней,
Ведь это единственные, кто к вам небезразличны.
Они, как правило немногочисленны,
Но с ними чувствуется гармоничность.

Мы очень боимся быть искренними. Показать то, что скрыто под одеждой, нам легче, чем-то, что скрыто в душе. Мы все говорим, излагаем мысли, но это всего лишь красивые фразы, за которыми скрыта боль. Мы прикрываемся равнодушием, словно защитным барьером, нанося его слой за слоем вокруг своего сердца. Нам за него страшно, за это сердце. Мы же учёные, знаем, каково это его кому-то отдавать — исцарапают, замарают, а то и вообще расколют. И мы больше всего на свете боимся этой боли. А нам бы зажмуриться и отпустить чувства на волю, сказав, наконец, друг другу о том, насколько дороги и бесценны, но вместо этого мы отпускаем с цепи свою гордость, которой скармливаем с рук свою нежность. И она растёт в нас, эта гордость, становясь огромной такой, что не только летать, ходить тяжко. Мы топим свои горячие живые чувства в дурацких доводах и горьком опыте. Мы жалкие трусы, душевные инвалиды, дезертиры любви. Мы сами убиваем своё счастье.

Если я искренна сегодня, какое мне дело, что завтра буду раскаиваться.