Каждый смертный на этой Земле оставляет свой отпечаток.
Лишь единицам суждено оставить свой след!

Внутри меня горит свеча
и обжигает сгоряча.
Ей одиноко в темноте,
А мимо всё не те, не те:
Не с теми есть, не с теми пить,
Работать, замуж выходить
Не за того с кем ярок свет-
За дом, покой, кабриолет…
А после надо как-то жить
И даже детям честно врать
О том, как надобно любить
И как себе не изменять…
.
Внутри меня свеча горит.
… показать весь текст …

— Но где ваш Бог, если он еще жив… Почему он молчит? В начале мира Бог ходил по саду и разговаривал с Адамом и Евой. Потом он стал понемногу отдаляться, и уже Моисей слышал только его голос. Позже, во времена Даниила, он состарился — его называли Ветхими Днями. А где он теперь? Жив ли еще, только немыслимо стар, немощен и безумен, не способен ни мыслить, ни действовать, ни говорить, ни даже умереть — пустая скорлупа, внутри которой все давно сгнило? И если так оно и есть на самом деле, разве не будет высшим благодеянием, истинным доказательством нашей любви к Богу найти его и преподнести ему в дар смерть?

Глупо спорить с теми, кто из слов разжигает огонь.

Будь не тем, кто умеет подчеркивать свои достоинства, а тем, кто умеет превращать свои недостатки в достоинства.

Человека определяет не материальное состояние, а состояние души.

Если старости слышим шаги,
Да ещё и не видно ни зги.
Значит, время течёт не туда,
И ушли понапрасну года.
Но не всё время наше ушло,
Иногда всюду даже светло.
Так что есть у нас дальше пути,
Лишь бы сил нам хватило идти…

Стал, рядится под великих,
Выбрался из масс безликих.
Сбросил с себя вид барана,
И теперь звездит с экрана.

Я ни о ком давно уж, не скучаю.
Все позабыты, впрочем, как и я.
Я жизнь свою как чистую тетрадь листаю.
Как будто бы и небыли в ней вписаны друзья.

Сейчас я даже лиц не помню,
Всех тех, кто рядом был со мной.
Кого давно, присыпали землёю,
А кто-то просто стал Иудой.

Но зла, не на кого я не держу.
Я всех простил, и смог перечеркнуть.
Поэтому давно ни с кем я не дружу,
Ведь каждый сам избрал свой путь.