Есть сила, сила неземная,
В однажды сказанные словах
И век за веком проживая,
Мы их храним своих в сердцах.
Как драгоценности сверкая,
В негаснущих светил лучах,
Они в январские морозы согревая,
Живут в мечтах, живут в сердцах.
Три самых сокровенные слова
Укутают теплом, в ночи костра,
И все случится, повторится снова,
Начавшись с нежностью утра.
Такие три коротких слова,
В них сила от небесного огня,
Всё будет,
но только не сразу —
родная моя,
подожди.
Ведь сразу
приходят лишь беды
и тёмные,
злые дожди.
Придёт твой билет,
хоть и кажется,
что поезд ушёл
в бурелом.
Ты встретишь любовь,
когда шрамы
Не заносчива —
просто лень
напрягаться на дрянь.
Не вестись на чужое —
теперь моя
суперсила.
Я внутри не остыла,
но переступила грань:
Показывать бурю —
глупо
и некрасиво.
Взрываюсь, как прежде,
но без спецэффектов вслух,
Без побитой посуды
Я знала одну женщину, которая жила с чувством вины, как с просроченным кредитом, по которому всё время начислялись проценты. Она не помнила, когда именно взял этот долг, но расплатиться по нему у нее никак не получалось.
Роджер Мани-Кёрл, британский психоаналитик, описывая анатомию вины, различал два разных ее оттенка, которые могут смешиваться: вину депрессивную и вину преследующую. Расскажу.
Преследующая вина (персекуторная вина) — это вина-волк, вина-палач, вина-паранойя. Она похожа на за…
Самая сложная верность — это верность себе, которую мы предаем каждый раз, когда остаемся там, где нас не держат.
Не ценят.
Не понимают.
И никогда не примут.
Оставаясь там, где нас не любят, мы смотрим в разбитое, грязное зеркало чужого восприятия.
И в этом отражении мы видим себя искаженными, некрасивыми, лишними и виноватыми.
Мы верим этому осколку, забывая, как выглядим на самом деле.
Но чужая неспособность оценить нас — это лишь дефект чужого зрения, а не наша проблема.
Нужно иметь смелость отвернуться от этого кривого зеркала, забрать свои осколки и уйти, чтобы заново собрать свой цельный, сияющий мир.
Ведь только в собственном свете можно увидеть свое настоящее лицо.
Потому что тот, кто не нужен другим, в первую очередь остро нужен самому себе.
Воспоминания всегда будут с нами, как бы мы ни старались забыть наше прошлое. Но иногда мы будем извлекать их небольшими порциями из нашей памяти — приятные, позитивные. А то, что огорчает, задвинем в самые дальние уголки нашей памяти.
«Жаннуля, любовь моя! Наша жизнь — это удивительная география любви, где каждый город оставил свой неповторимый след в наших сердцах. От южного тепла Шымкента, где всё только начиналось, через долгие зимы и трудовые будни в Актобе, до сегодняшнего уютного Алматы. Спасибо тебе за твою верность, за тепло очага, которое ты берегла, пока я был вдали, и за то, что твои глаза всё так же светятся нежностью. Эти строки о нашей истории и о моей бесконечной благодарности тебе...»
Сквозь горечь дней и груз былых потерь
Я шёл к тебе, одной тобой ведомый.
В любовь твою открыл я тихо дверь,
Где всё вокруг так близко и знакомо.
Шымкент укрыл теплом декабрь,
Наш восемьдесят восьмой заветный год.
Там начался любви нашей букварь,
Семьи счастливой праздничный отсчёт.
Родной, гостеприимный Актобе —
Здесь прожита большая часть всей жизни.
Пока я на вахтах был, в разлуке и труде,
Жаннуля берегла очаг, детей растила и ждала.