Каждый отдельный день в году подарен одному только человеку, самому счастливому; все остальные люди пользуются его днем, наслаждаясь солнцем или сердясь на дождь, но никогда не зная, кому день принадлежит по праву, и это их незнание приятно и смешно счастливцу. Человек не может провидеть, какой именно день достанется ему, какую мелочь будет вспоминать он вечно, — световую ли рябь на стене вдоль воды или кружащийся кленовый лист, да и часто бывает так, что узнает он день свой только среди дней прошедших, только тогда, когда давно уже сорван, и скомкан, и брошен под стол календарный листок с забытой цифрой.

Они не читали Каренину,
Они выросли на Пелевине.
Мешали ликер с пепси-колою,
Гоняли на бумерах по миру.
Ходили под разными флагами,
Делились наивными планами.
С крестами из чистого золота
И сердцем, что зелено молодо.
И кто-то вписался в реалии,
А кто-то в своей аномалии
Остался непонятым гением
Потерянного поколения.

Быть дураком — средь дураков,
А мудрым — среди мудрых…
Но тяжкий труд слыть чудаком,
У тёток златокудрых.

Не пленники мы и не жертвы!
Хотя пострадали мы все.
Наш Крым чуть не продали «смерды»
В угоду Европе — лисе…

На бойню людей без отказа!
Цинично враньё распустив,
Как слуги, внимая приказам,
Про совесть и честь позабыв!

Готовы стравить брата с братом
За брошенный с запада «грош».
Россия для них виновата! -
Всё это, заведомо, ложь!
… показать весь текст …

Смерть всеядная, как свинья, что ей в корыто ни бросишь, всё проглотит.

Состарился твой дом, и ссохлись половицы —
Скрипят под звуки дня, раз радио молчит,
Стучится ветер в дверь, ему опять не спится
И хочется котом свернуться на печи…

А ты на ужин ждёшь заботливых соседок,
И хочется тебе всех вкусно угостить.
А я… а я… а я опять к тебе не еду.
Прости меня, бабуль… Пожалуйста, прости.

Иные слова и не нужны, просто подойди и обними…

Христос родился, умер и воскрес.
За всех за нас, его пытали и распяли.
Теперь взирает он с небес,
Как всё чему учил он, растоптали.

Мы раздевались долго.
Когда упал последний лист,
Я стал зимой.
Но ты не испугалась,
Ты заискрилась мехом,
Ко мне прижалась
И отдалась со смехом.
Пчел золотистых рой
Нас медом напоил.
И ангел-шестикрыл,
Что над постелью нашей
Музыку листал, зевая,
Наблюдая
Бесконечность счастья,
… показать весь текст …