Нас еще не хватились искать:
Чьи-то жены, мужья, чьи-то дети.
Нам еще разрешили вдыхать:
Эту осень, и улицы эти.

Нас еще не ударил озноб,
От пустых перебранок на кухне.
Я еще не клянусь, что по гроб —
Не забуду, и навзничь не рухну,

Вдоль какой-нибудь пыльной стены,
Прихватив, только небо и время —
Где со мной улыбаешься ты,
Наши встречи разлуками меря.

Я тебя отмолил у судьбы,
У врагов, у друзей, у невзгод.
И теперь с этой страшной войны:
Никогда и никто не придет…

В городах, где повсюду зима, —
Нам с тобой не дожить до весны.
Мы ослепли, и все же глаза, —
Помнят краски: листвы и воды.

Голос мой утихает, и вот:
Ты не слышишь ни слова, а там,
За окном: снег идет и идет,
Разводя нас по разным углам.

У мужчины должен быть характер.
Лучше, если тихий,
Словно кратер,
Под которым буря и огонь.

У мужчины должен быть характер,
Добрый взгляд
И крепкая ладонь.
Чтобы пламя сердце не сожгло,
Можно душу отвести на людях,
Лишь бы в сердце не копилось зло.

У мужчины должен быть характер.
Если есть —
… показать весь текст …

Сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно с уверенностью утверждать, что не может быть добрым тот, кто жесток с животными.

— Борис Евгеньевич, давно не виделись.

Руслан шёл навстречу мужчине. С виду, лет пятьдесят, не больше, представительный, в дорогом костюме. В волосах отчётливо просматривается седина, глаза строгие, на губах кривая деловая ухмылка. По габаритам они с Русланом практически сходились, правда, мужчина был в годах, а оттого, немного раздался. Ростом Руслан был на полголовы выше, что и не дало Эле вовремя рассмотреть его собеседника. Завидев Руслана, мужчина дружелюбно улыбнулся и даже вскинул руки д…
… показать весь текст …

Он доволен собой, в отношениях доходит до точки.
Пишет часто стихи, чтобы дозу душе получить.
Жизнь сложилась его, но не ягодки и не цветочки.
Он бывает суров, но не против совсем пошутить.

Она тоже поэт, только ждет бесконечно подсказки.
И совсем без него разучалась стихи сочинять.
Она милая с ним, сексуальна, кокетливы глазки.
Только он одиночка и этим его не пронять.

Ему муза нужна, отдавать же увы, не привычен.
Ставит четкий заслон и умеет упорно молчать.
Ему ближе стихи, чем больнее, тем пишется круче.
Он свободен всегда… и не стоит его приручать
… показать весь текст …

Снова в небеса смотрю и радуюсь.
Бога за людей, благодарю.
Только если вы меня не любите.
То и я, себя поверьте не люблю.

Не каждому проснуться суждено.
А мы не ценим лучшие мгновения.
И прозябаем в глубине затмения.
Как будто нам сто лет прожить дано.
Заладил дождь или завыла вьюга.
Уходит самый близкий человек.
Но остаемся мы в сердцах друг друга.
А значит память лучшая из нег.
Бывает кто-то пьет стаканом водку.
Как будто заливает всю печаль.
С того «лекарства» очень мало толку.
И мне таких людей немного жаль.
Прошу у Бога все, чтоб не сломаться.
Чтобы помог и близких защитил.
… показать весь текст …

А осень, она тоже по приколу.
Среди травы оранжевые кляксы.
Прирученный пархнет к ладони голубь.
И что-то уберечь совсем нет шанса.

И чувств переизбыток… вот ей Богу.
Возьмешь охапку листьев и подкинешь.
И ворох вниз… летит, безумно легок.
И задыхаясь сам, невольно вскрикнешь.

— Лети.лети.танцуй последний танец.
На завтра снег завалит и прижмет.
Эй, радуйтесь прекрасности, земляне.
Пока на лужах не замерзнет лед.
… показать весь текст …

На березке еще не опавшие листья.
А в лучах фонаря рассыпается снег.
Пусть зима без сомнений пока еще гостья.
Но уже набирает свой долгий забег.

Она пишет еще свою новую сказку.
И рисунки готовит на общий показ.
У нее лишь одна — белоснежная краска.
Но шедеврами снова порадует глаз.

Вьюжит и ворожит небывалую нежность.
Кротко холодом входит в густые леса.
И как будто играет свою безмятежность.
Вот такая она чародейка — Зима.