Светлана Автономова

А в прериях сетИйной беспардонности
Наука зародилась расчудесная,
Она так широкА в своей бездонности,
Поэтому для многих интересная…
Наука под названьем флудология
На первый взгляд, казалось бы, маститая,
А на поверку просто болтология,
Лапшою от ушей до пят обвитая.
Науки лапшевИдной почитатели-
Мы с вами- бесподобные флудёстеры,
Бессонные позёрши и мечтатели,
Любители солёного и острого.
Толчём мы воду в ступе до победного,
Пока нас не забанят* модераторы**,
… показать весь текст …

Мне б капустку на второе,
А на первое- салат…
Разрослась я к лету втрое,
Затрещал на мне халат.
Я толста и неуклюжа, —
Посиделок результат…
-Здесь режим особый нужен, —
Муж стал первым бить в набат, —
Помогает, мол, пробежка,
Я ему не возражу,
Только дО верха тележку
В магазине нагружу
Карамелью и пирожным,
Шоколадом и мясным.
… показать весь текст …

На мне ты нашёл целлюлит,
И чувства взаимные сдулись,
И в горле от крика саднит,
Ведь мы к поединкам вернулись.
Рыхлею, как талый сугроб,
В комоде гантели пылятся…
Наморщил активно ты лоб,
Сказав: «Нам пора расставаться!»
Ушла от тебя на заре…
За мной целлюлит увязался,
Живём с ним теперь в конуре,
Он верным, как пёс, оказался.

-Быть поэтом, — отклонение, —
Мне сказали в универе…
Я сначала не поверила,
Но теперь зачем-то верю.
-Быть художником болезненно, —
Мне сказали в универе,
Резанули словно лезвием,
Но и этому я верю.
-Музыкантом быть и скульптором, —
В универе мне шепнули,
-Преопасно!
И я в ступоре
Год почти сижу на стуле.

На уроках рисования мне частенько доставалось выносить корзину с бумагами. Делала это я не совсем охотно, можно сказать, даже из-под палки, вернее из-под указки, которой учитель рисования стучал по своему столу.

-Ты снова идешь выбрасывать мусор, — говорил он мне, топая ногой и комкая мой пустой лист, на котором я не удосужилась за весь урок поставить даже точку.

Владислав Иванович, — почтенный лысовато-кудрявый старец, был человеком весьма невысокого роста. Наверняка, он невыразимо стесня…
… показать весь текст …

Свет уже не тот… темно,
Потускнели звёзды,
Я смотрю на них в окно
Мёрзлой ночью поздней.
Всё разбито пополам
У любви двуокой,
Мне бы к звёздам,
Но и там
Буду одинокой.

О феврале мы пишем много
И в основном не позитивно,
Тогда наш слог красивый, строгий
Каким-то выглядит противным.
А небо серое -зловещим,
А снег не тающий- гнетущим,
И жизнь полна углов и трещин,
А не гармонии цветущей.
Под коркой наста стынут души
В поре февральской, как на зоне…
И в марте ненамного лучше:
Душа в воде весенней тонет.

Жена даётся мужику
Не для приказов, согласитесь,
Но он, как старшина в полкУ,
Жены проступков сделав синтез,
Анализируя, сошьёт
Наряд вне очереди строгий.
Она же мамке «SOS» пошлёт,
И вот уж мчится на подмоги
Генералиссимус в платке,
Глаза, что ружья для картечи…
Тогда мужик на поводке
Снуёт, лишившись дара речи.

Народ, увы, не грамотен, товарищи…
Как быть? Стихи заумные он рвёт,
Иль смотрит косо и непонимающе,
Как быть, коль я идти хочу в народ?
Писать мне, что ли: «ложь на хлеб «, «долаживай»
Иль «ихних», или «тута не махай»…
Как быть, с каким стихом к народу хаживать,
Народ сам растолкует мне нехай.

Я С кЭпслоком* СТИХИ ПИСАЛА,
НО ИХ И ЭТО НЕ СПАСАЛО.

*Caps Lock (сокращение от англ. capitals lock — «фиксация прописных букв»)