Я знаю истину простую:
С судьбой бессмысленна борьба.
Что суждено, то не минует.
Что миновало — не судьба…

Если ты привык плыть по течению, пороги — это шанс.

— Вечно ты из подтишка меня гнобишь!
— Серьезно? Да я даже не знаю, где этот подтишок!

Вынос мозга — процесс тягостный. Даже если торжественный. Даже под музыку. Даже с венками. Вынос мозга — попытка сильно запоздавшего, а потому бессмысленного воспитания сформировавшейся личности. Выносить мозг партнёру — взаиморазрушительно. Ну, разве только ради того, чтоб «не держать в себе»…

Не встретишь в птице зверя ты повадки,
Как летом места нет морозной стуже,
Ты вряд ли в ней найдёшь такой загадки,
Как в женщинах, которым ты не нужен.

Порой построить дольше, чем разрушить,
Холеный образ маска для безличия,
В цветах сияют каменные души,
Где недоступность просто безразличие.

Любовь приходит тихой, неприметной
Прохожей-странницей в потрёпанном обличии,
Но потеряв её из вида, так заметно
На фоне пустоты её величие.

Прощение-это, когда уходит боль из сердца и вы дышите свободнее. Но прощение не означает примирение.
Это не имеет ничего общего с продолжением отношений.

Душа, знаю, ты слышишь меня,
Тебе не нужны слова…
Моя душа, сильней моих печалей…

Медленно, медленно опускается темный туман. Сомкнул зубы и принес с собой безупречную трагедию. Ни одна звезда, ни луч, ни надежда не будут сиять из глубины неба. Голубой, даже как будто сиреневый, хотя и тяжелый, мокрый, опухший туман будет путешествовать по всему миру, раздавит все..
— Собираетесь ли вы оставить что-то здоровое? - спрашивает ветерок, но ответа нет. А он повышает голос, кричит, визжит, мечется как бешеный. Синие стены треснули тут и там, и теперь ветер уже не просто дует. Это шторм. Издали слышен плач ребенка. Из странной темноты звенят колокола.
Один… два… три… двенадцать… И снова — один… два…
Страх, гнев и трепет будут преследовать в каждом уголке. Внезапно ребенок снова плачет. Я иду по темной улице. Я не могу найти ни одного луча света вокруг меня. Я ищу улицы: улицы, где может гореть свет, где пробужденные фонари с радостью встретят меня… Но… В мире страшный туман…

Режиссирует и роль играет осень золотая,
Оранжевые блики отсвечивают на листву.
Птиц перелетных клины гулом пролетают,
роняя перья в иней, в выцветшую траву.

Небо бездонную душу саваном раскроет,
для вечных путников мистические дороги.
Средь звезд смотрящих свысока и астероид,
несовместимое совмещено в его чертоге.

За горизонтом памяти не разобрать лица,
хор голосов звучит эхом в пространстве.
В спиралях времени закрученное повторится,
пересекая судьбоносное в постоянстве.