Яна мне очень нравилась. Точнее, я пытался за ней всячески ухаживать, но безрезультатно. Я был тогда обычным парнем, а Яна тусила с безумными художниками и шумными поэтами. Ей было всего 17, но Яна считалась звездой богемной Москвы. Она наряжалась в черное и длинное, она забавно растягивала слова и жестикулировала, будто дирижировала невидимым оркестром.
Яна иногда звала с собой и меня на богемные тусовки. Как-то она позвонила: «Сегодня вечером у нас большое собрание. Будем что-то выпивать, чит…