Позабудется да перемелется,
Прогорит, обернется золой…
И засыплют снегами метелицы
Моих дум растревоженный рой.
Привыкая с годами к бессоннице,
Отпущу в темный омут ночей
Я священное то беззаконие,
Что вершило из нас палачей,
Когда слов ядовитых секирами,
В маску холода пряча лицо,
Мы кромсали тепло нашей близости,
Превращая себя в подлецов.