Юрий Шумей

Оно не за дверью и скрипнет не вдруг,
Кому то впервые, кому то вновь.
Сами вспомните как часто, вслух,
Произносили вы слово Любовь.

Непытливые (ггупа. тафагиссеф) — НевЫепытли.
ЧЛЕН (тафагиссь, аттельна фсятОй) — НевыЕпытель.

Мнитевспо!
Кка сточа угдр ругуд ыв равли.
Акк кихгорь рёковуп залисьвон жино.
И рькиего идоб лиськаляна ралиспи.
Дан днойбез пастьюпро ов жли.

Это только нам кажется что изменчива,
Женщина любящая без остатка.
Только слепые не видят что женщина —
Она и есть та — в жизни единственная загадка.

Мой не сразу язык воплощает фразами,
Этот незамысловато искренний стих.
Кому то ты стала беладонной разума.
А для меня дамианою глаз моих.

Не вздохнуть от грусти не выдохнуть.
И в безмолвии я вопрошаю себя -
«Любят ли эти глаза кого-нибудь,
Как смиренно люблю их я?»

Чтоб разума пройти экзаменов достойный век,
Весь этот мир, он для того и создан без изъяна.
И к истине всегда идёт разумный человек,
А глупые приобретают только О без Яня.

Человек как сволочь. Всё не лишнее.
Будто камень — только многое не отсечь.
Когда поймёшь это, то словно гора с плеч.
Одно слово — человек-сволочь — ьчоловс кеволеч.

Падают листья помня о светлом,
Но сильные ветви уже не любя.
Любовь возвращается лёгоньким ветром,
Когда я смотрю на тебя.

Любовь возрождается истинной нежностью,
Воспоминания прошлые вновь теребя.
Я расстаюсь со своей безмятежностью,
Когда я смотрю на тебя.

Просыпается сердце отдавая всё в душу,
Просит — прислушайся, загляни в себя.
И я закрываю глаза и слушаюсь,
Когда я смотрю на тебя.
… показать весь текст …

Вот так всегда.
Ты к ним как светлый Князь,
А они тебя мордой в грязь.

К Гале нельзя — сват она,
К Лене тоже — уже сватана.
АНатаШа кричит — Ша!,
Другими — аШатаНА!