Мгновение

Я всматриваюсь в огонь.
На языке огня
раздается «не тронь»
и вспыхивает «меня!» От этого — горячо.
Я слышу сквозь хруст в кости
захлебывающееся «еще!»
и бешеное «пусти!»

Люди постоянно тратят время, а потом хотят, чтобы его было больше. Больше часов дня, больше дней в году, больше лет в жизни. Потому что, будь у них больше времени, они могли бы исправить любую ошибку. Мне не нужны годы, дни и часы. Мне нужны секунды. Если вы не можете использовать каждый момент по полной, вы не заслуживаете ни единой лишней секунды.

Не иметь возможности высказывать собственные эмоции — подобно наказанию. Люди общаются, обмениваются эмоциями. Самоутверждаются как личность. Однако те, кто вынуждены сдерживать себя, или те, кто скрывают свои чувства, как будто носят маски, с самого детства ничего не чувствуют. Смогут ли они сказать, что когда-то жили по-настоящему?

Признайтесь — вы ведь тоже ждете Новый год! Потому что совсем не важно, как каждый из нас относится к этому празднику: кто-то чуть ли ни с лета находится в предвкушении веселой кутерьмы: елки, гирлянды, подарки, салюты… Кто-то наоборот, мечтает лишь об одном: чтобы вся эта блестящая суета поскорее закончилась и вновь наступила спокойная и размеренная жизнь без всех этих очередей, бессмысленных подарков и повторяющихся из года в год пожеланий… И все-таки, никакой другой праздник не способен так объединить всех нас в предвкушении нового, в ожидании перемен. Ведь кем бы ты ни был: безнадежным романтиком или закоренелым скептиком, тебе все равно, пусть даже в самой глубине души, так хочется верить, что вместе с последним листком календаря из твоей жизни уйдет все плохое, а Новый год непременно принесет радость, благополучие, любовь, удачу и счастье…

Хорошим людям невдомек, что они достойны восхищения. Попросту невдомек.

Твой внутренний огонь должен согревать, а не давать прикуривать, когда просят тепла.

Нельзя заставить людей любить тебя. Нужно просто подождать, пока им надоест тебя ненавидеть.

Время — преобразование неопределенного в определенное, возможного в необратимое.

Мысли философа — как звезды, они не дают света, потому что слишком возвышенны.

Правду хранят под замком, как величайшее сокровище те, кто ее меньше всего ценят.