Солнце ластится под ладонь и врезается под колени,
Подсекая, роняя, плавя… И, не спеша,
Я вхожу в темноту, где с трудом, но хриплю бармену:
— Мне чего-нибудь ледяного, и внутривенно.
Я всегда получала то, что хочу, мгновенно,
А с тобой почему-то вот —
недостаточно хороша.
Мята пляшет на языке колкой молнией и тревогой:
У мохито дурацкий привкус — слова и боль.
Темнота смотрит хмуро. Я, в общем, прошу немного:
Просто помни меня — утомлённую недотрогу.