Александр Меркулов

Станция Жизнь. Первозданный рассвет.
Звон колокольный, на яблонях — цвет.
Но утомленно бубнит проводник:
— Поторопитесь, стоим только миг.

в шкафу нашёлся красный галстук
и мне напомнил сквозь года
как хорошо мы плохо жили
тогда

Утром, когда выходил по рабочим делам, все сотрудники сидели полулёжа в креслах и занимались всем чем угодно, только не работой: читали интернет, тыкали в мобилы, весело общались между собой; все были радостны и счастливы, не хватало только дудок и колпаков.

Вернулся через десять минут: строго рабочая обстановка, все серьёзные, шелестят бумажки, стучат клавиатуры. Странные метаморфозы — подумалось мне:

— Ребят, что с вами такое сделалось, работа набросилась внезапно со спины?!

— Тише! Тише! Ч…
… показать весь текст …

Мы ценим своих друзей не за то, что нам интересно с ними, а за то, что им интересно с нами.

Координаты времени условны.
Привычно говорим — задолго до.
До нас. До наших дней. До нашей эры.
До Рима. До Пилата. До Голгофы.
До Ноя. До ковчега. До потопа.
История — вся сплошь — задолго до.
Живущие меж прошлым и грядущим,
все тщимся заглянуть как можно дальше.
За нами — тьма, и перед нами — тьма.
Так и живем меж тою тьмой и этой,
на крохотном пространстве между ними —
живем, как в ожидании Годо.
И как ни жаль, о друг мой, но похоже,
что мы с тобой живем на свете тоже
… показать весь текст …

«Отсутствие воспитания помогает говорить. Наличие — слушать».

столпились кони не проехать
стоит дружина час и два
и молвил юрий здесь и будет
москва

Доброта — язык, который могут слышать глухие и видеть слепые.

Плохой актёр иллюстрирует свои чувства, хороший актёр тратится: он живёт, он переживает, он мучается, он плачет по-настоящему. У Смоктуновского был инфаркт, у Жени Леонова был инфаркт, у Евгения Евстигнеева был инфаркт. А плохому актёру капают глицерин в глаза, чтобы он плакал.

«Способ незатейливый такой
Может, для кого-то и сюрприз:
Хлеб намажьте черною икрой —
Он не будет падать маслом вниз.»