Александр Меркулов

Я смею надеяться, всё-таки смею,
Поскольку без этого жить не умею.
Надеяться смею на светлую даль,
И с этой надеждой расстаться мне жаль.
Надеяться смею, что буду при деле
На этой, на той, на грядущей неделе.
Когда темнота нам начнёт досаждать,
Мы планы на лето начнём обсуждать,
Надеясь, что будет грядущее лето,
И мы с тобой будем, и чудо рассвета.

Я НЕ ХОЧУ МАСКИРОВАТЬ СВОЙ ВОЗРАСТ. Я просто хочу быть женщиной, которая в свои годы выглядит настолько хорошо, насколько это возможно.

Бывает так. Живёшь — на свете.
Идёт весна — и словно в первый раз
Ты чувствуешь, как молод этот ветер,
И нов капели сбивчивый рассказ…

Русских я действительно люблю, хотя сыграть роль русского никогда бы не смог. И не только из-за несовпадения внешних данных. По-моему, русские немного сумасшедшие, все у них чрезмерно — и радость, и боль. Или они сходят с ума от счастья, или от несчастья!

Так хочется, пока живешь на свете,
Наслушаться прибоя и скворцов,
Настроить фантастических дворцов,
И не бояться быть за них в ответе.

На громкие слова слывя скупцом,
не замечать обиды и наветы,
А если и придется быть купцом,
Иметь в кармане ветры да планеты.

Быть добрым сыном, правильным отцом,
Изведать суть свободы и запрета.
Быть искренним, как в час перед концом,
И не жалеть о том, что не был где-то.
… показать весь текст …

Странная актерская болезнь — привыкаемость к узнаваемости. Ужас этого недуга в том, что узнаваемость подчас исчезает, а привыкаемость к ней — никогда.

— «Я знаю графу, которую нужно было бы удалить из паспорта, по крайней мере для женщин!»

Собеседник откровенно смущен, памятуя национальность Раневской и существовавшую тогда пресловутую соответствующую графу. Но та заканчивает совсем неожиданно:

— «Дату рождения! Разве можно заглядывать туда после восемнадцати?!»

«Я — такой же, как все, разве — чуть подобрей…»

Давно ушло безоблачное детство,
И в юность я шагнул — под облака.
Здесь грозовая взрослость по соседству
И старость-смерть видна издалека…
Мне жизнь подарена. Но ценен ли подарок?
Я жизнь люблю, мечтая умереть.
Насколько мир прекрасен, звонок, ярок —
Настолько лжив. Глаза болят смотреть!

Что ты, как ты… я знать не знаю.
Чем живешь и живой ли — тоже.
Если есть у судьбы объездная,
То иду я по ней, похоже…

Да хоть вдоль по кривой дороге,
Да хоть вниз по крутой наклонной!
Я пошла бы по ней. О боги,
Вы бываете благосклонны!

Я оглядываюсь, и дрожью
Откликается сердце громко.
Лучше полное бездорожье,
Край, обочина или кромка.
… показать весь текст …

В жизни как за столом. Главное-не сколько налито, а сколько отпито…