Чем меньше мыслей о смысле жизни, тем больше смысла и больше жизни.

Знаешь, если б ты меня любила,
Ты бы так легко не отдала
Ни того, что мне сама дарила,
Ни того, что от меня брала.

Но пожара нет. А запах дыма
Очень скоро с ветром улетит,
И твое божественное имя
Для меня уже едва звучит.

Я живу. Я жить могу без веры,
Только для искусства одного.
И в моих глазах, пустых и серых,
Люди не заметят ничего.

В забытом храме встану у порога
И подойду тихонько к алтарю.
Я так давно хочу спросить у Бога:
«Спаситель, есть ли лошади в раю?»

Ведь этой жизни лучшие мгновенья
Я провожу, наверное, в седле.
Пусть это странным кажется кому-то,
Нет ничего прекрасней на Земле

Безумной скачки, мощи и напора,
Трёхтактной дроби кованых копыт,
Шального ветра, воли и простора,
Да горизонта, что к себе манит.
… показать весь текст …

Уходит моё поколение. Каждый в жизни оставив свой след.
Кому почтение и уважение. Кому то и помина даже нет.

-- Ну что мне вам сказать? Вы, конечно, можете не верить, но меня, Розу Абрамовну, во время войны спасли немцы, чтоб они сгорели! Точнее, немецкая бомбардировочная авиация. Если б это чертово Люфтваффе вовремя не налетело — я бы погибла. Думаю, перед вами уникальная личность, которая осталась жить благодаря бомбежке…
Если вы жили в Ленинграде, то должны знать, что до войны я была Джульеттой. Семь лет никому этой роли не поручали, кроме меня.
Перед самой войной Джульетта влюбилась, — нет, не в…
… показать весь текст …

Вечно так: строишь планы, а у людей планы другие, несовместимые с жизнью твоих.

Мне не жалко погибших немецких солдат,
Что хотели с землёю сравнять Сталинград,
Этих Гансов и Фрицев, лежащих в могиле,
Потому что они мою землю бомбили.

Мне не жалко лоснящихся, наглых и потных,
Опьяневших от крови безмозглых животных.
И за хворост, что брошен был в пламя пожара,
Их настигла вполне справедливая кара.

Предо мной на столе — желтизна фотографий,
Где смеются довольные асы Люфтваффе.
Это те, кто, нарушив святые законы,
Санитарные подло бомбил эшелоны.
… показать весь текст …

я так талантливо ленилась
что мне положен первый приз
как странно что никто не просит
на бис

Как много сплетен по углам, когда
начальник привязался к подопечной,
а он не просто к ней «туда-сюда»,
а с тягою ранимой и сердечной.

Красивая да с множеством бумаг
на подпись, ай, не быть бы тут урону,
подумал было, и попал впросак,
в постельных играх доверяя стону.

За разум взялся: дело-то табак,
всё катится к чертям, итог известен,
а тут опять проходит мимо враг…
Но, боже, как духи её прелестны.

Срывается с губ еле слышное:
— Буду звонить.
Зима нас не балует снегом. Глобально теплеет.
И слякоть… И морось… Но хочется. Хочется жить!
— Я скоро вернусь.
— Буду ждать. Я не ждать — не умею.

Уставший прохожий, укрывшись в большой капюшон,
Клянет полузиму, в которой так сыро и трудно.
А нам бесконечно легко. Влюблена. И влюблен.
— Я буду с тобою.
— И я обязательно буду.

Продрогшие пальцы касаются мягкой щеки.
… показать весь текст …