Любить искусство и любить себя в искусстве — это абсолютно разные вещи! Как позорно низко падает человек, который унижая окружающих, постоянно трубит о своём превосходстве и уме! А ведь решать, кто более достоин уважения и цитирования, прерогатива читателей. Видимо, цели у всех разные; кто-то стремится писать для читателя, чтобы помочь понять, научить размышлять, сопереживать, ценить…
А кто-то пишет для того, чтобы показать своё непревзойдённое Я! От такого творчества остаётся ощущение чего-то разрушающего и неприятного!

останься говорит наташа
мой ласковый и нежный зверь
смотри я заварила кофе
и дверь

Она вспомнила анекдот, который на днях рассказала подруга.
Пришел новый русский в магазин, чтобы сдать новогоднюю гирлянду.
— Не работает? — спрашивает его продавец.
— Почему? Очень даже работает, — отвечает тот.
— А в чем тогда дело?
Покупатель вздохнул и ответил:
— Не радует.
Вот так было и у неё: все вроде бы хорошо, но ничто не радовало. И странное дело, но с каждым месяцем проблемы только накапливались.
Сначала прорвало трубу в ванной, и она затопила соседей снизу. Потом поцарапали крыло ее…
… показать весь текст …

Приходит мудрость с возрастом. Ой, вэй!
И я живу, тем ожиданьем мучась.
Боюсь, что и меня постигнет участь
С годами стать мудрее, чем живей.

У человека два лица:
одно — даётся от природы,
другое — оставляют след,
на нём духовный мир и годы.

Ах, какой это будет год!
Это будет чудесный год. Приносящий с далёких гор наилучшую из погод. Приводящий из дальних стран корабли в золотой броне. Чтобы ночью светло от страз, чтобы днём на лихом коне. Чтобы девушки и понты, чтобы мальчики и цветы, чтобы чай никогда не стыл, потому что нам нужен тыл. Потому что грядущий день — он обязан быть краше всех, и не вилами по воде, а бокалами за успех.

Ах, какой это будет год!
В нём никто не умрёт. Совсем. Мы полюбим своих врагов и за ними придёт пе…
… показать весь текст …

Наверно, эпоха умничанья переживает свой последний расцвет. Люди давно уже мечтают о покое. Скоро заурядного человека будут разыскивать, как тенистый уголок на измученной зноем земле. Заурядность станет
новым видом гениальности.

Мы шли этапом. И не раз,
колонне крикнув: «Стой!»,
садиться наземь, в снег и в грязь,
приказывал конвой.
И, равнодушны и немы,
как бессловесный скот,
на корточках сидели мы
до выкрика: «Вперёд!»
Что пересылок нам пройти
пришлось за этот срок!
А люди новые в пути
вливались в наш поток.

И раз случился среди нас,
… показать весь текст …

Бывает — и Ангел устанет. Опустятся крылья.
Легко ли, когда в тебя люди упрямо не верят…
Присядет на корточки, руки опустит бессильно,
как будто бы шёл, но упёрся в закрытые двери.

Вздохнёт горемыка — ну что же, бывало и хуже,
Хоть ангелы мы, но отнюдь не всесильные Боги.
А осень холодного ливня чечётку по лужам
спешит станцевать, размывая на небо дороги.

Промокнув до нитки встряхнётся усталый Хранитель,
взлетать — бесполезно, тяжёлые крылья — как гири…
А тот, с кем он связан прочнейшей невидимой нитью,
как хищник по клетке — метаться начнет по квартире.
… показать весь текст …

Господи, как я устала.
Как я устала, Боже.
Снова одно и то же.

Мне сказали, что надо быть проще
И по возможности веселей.
Я смотрю за окно. У меня за окном роща.
И никого из людей.
Я восстав ото сна
осенив (конечно, от слова «осень»)
себя крестным знамением
Говорю едва слышно «Боже.
Когда весна?»
А потом понимаю.
… показать весь текст …