12947

Нет плохих поэтов.
Нет хороших поэтов.
Есть поэты и не поэты.
И если вторые — это «Поговорил — и ступай себе с Богом»,
То первые — это «Поговорил с Богом — и ступай себе».

И тогда ты становишься лёгким и светлым мостом через бездну,
Далеко под тобою клубится мерцающий звёздами Хаос.
И тогда ты становишься лёгким и светлым искрящимся хамством —
Указуя маршрут, добавляющим: «Будьте любезны».

И тогда ты становишься лёгким и светлым щитом из мифрила,
От тебя отлетают и орочьи стрелы, и молнии Зевса,
И проклятия раненой твари с коррозией сердца,
С дружелюбным оскалом, на лживую маску наклеенным криво.

И тогда ты становишься лёгким и светлым плащом лориэнским,
Укрыв…
… показать весь текст …

Postmodern talking

Смысла нет как нет — ни в другом, ни в том,
Кто другим притворялся, а был всё тем же.
Том не Сойер — потрёпанный книжный том.
Скотт не Вальтер, а Мальчик-зубовный-скрежет.

Вольный дольник, прекраснее, чем «Кензо»,
В сочетанье с анапестом — это сила!
Ноты белого кедра, ваниль, озон…
Жаль, чего-то главного не хватило.

Звон-позвон, словесная маета,
Фермопилы, распилы и пилорамы.
… показать весь текст …

Никто меня не поймет —
и не должен никто понять.
Мне душу страдание жжет,
И радость мешает страдать.

Тяжелые слезы свечей
и шелест чуть слышных слов…
В сияньи лампадных лучей
поникшие стебли цветов,

рассвет несветлого дня, —
все — тайны последней залог…
И, тайну мою храня,
один я иду за порог.
… показать весь текст …

Подобен клетчатой торпеде
Вареный рыночный початок,
И мальчик на велосипеде
Уже не ездит без перчаток,
Ночной туман, дыханье с паром,
Поля пусты, леса пестры,
И листопад глядит распадом,
Разладом веток и листвы.

Октябрь, тревожное томленье,
Конец тепла, остаток бедный,
Включившееся отопленье,
Холодный руль велосипедный,
Привычный мир зыбуч и шаток
… показать весь текст …

Бывало, говорю себе:
— Осенний воздух густ?
Да нет, обычен. Просто холодает.
Бывало, говорю себе:
— Земля не обладает
Ни божьей памятью живой,
Ни органами чувств.
И глупо это — на краю села
Остановиться вдруг
И с грустью умиленной
Колодец, вербу окликать
Иль спрашивать у клена:
Ну как живешь, старик,
И как твои дела?
… показать весь текст …

Моя ты или нет? Не знаю… не пойму…
Но ты со мной всегда, сама того не зная.
Я завтра напишу угрюмцу твоему,
Чтоб он тебя пустил ко мне, моя родная!
Боюсь, он не поймет; боюсь, осудит он;
Боюсь, тебя чернить он станет подозреньем…
Приди ж ко мне сама! Ты слышишь ли мой стон?
Ты веришь ли тоске и поздним сожаленьям?
Иль нет — не приходи! и не пиши в ответ!
Лишь будь со мной и впредь, сама того не зная.
Так лучше… так больней… Моя ты или нет?
Но я… я твой всегда, всегда, моя родная!

1912

На реке форелевой, в северной губернии,
В лодке, сизым вечером, уток не расстреливай:
Благостны осенние отблески вечерние
В северной губернии, на реке форелевой.
На реке форелевой в трепетной осиновке
Хорошо мечтается над крутыми веслами.
Вечереет холодно. Зябко спят малиновки.
Скачет лодка скользкая камышами рослыми.
На отложье берега лен расцвел мимозами,
А форели шустрятся в речке грациозами.

1911. Август

Давно в груди моей молчит негодованье.
Как в юности, не рвусь безумно я на бой.
В заветный идеал поблекло упованье,
И, отдаленных гроз заслышав громыханье,
Я рад, когда они проходят стороной.

Их много грудь о грудь я встретил, не бледнея.
Я прежде не искал, — я гордо ждал побед.
Но ближе мой закат — и сердце холоднее,
И встречному теперь я бросить рад скорее
Не дерзкий зов на бой, а ласковый привет.

Я неба на земле искать устал… Сомненья
Затмили тучею мечты минувших дней.
… показать весь текст …

139

Душа, ты волнуешься снова?
Но в этой безумной игре
Из сотен едва ли десять
Вернутся, не погорев.

И ангелы делают ставки
И, не дыша, глядят,
Как демоны -- мою душу
Закладывая -- галдят.

1859
Перевод Л. Ситник
… показать весь текст …