Именем Тарабарского короля,
Именем убиенного всуе счастья —
Я заклинаю — на пять золотых меняй
Ту, что уже умеет с тобой прощаться.
Именем черепахи и трёх слонов!
/сам на слонах примостился и, ножки свесив,
Ты наблюдаешь оттуда, как я из слов
Строю песчаные замки на ровном месте./
Именем — самым вечным из всех имён! -
Я называю того, кто во мне — построчно.
Рушь эти замки! Ровняй их совсем с землёй!
Я не решаюсь, но ты-то сумеешь
точно.
Прощай, детка. Детка, прощай.
И на прощанье я налью тебе чай,
Я позвоню по телефону, закажу тебе авто
И провожу до двери и подам тебе пальто
И поцелую невзначай и прошепчу:
«Прощай, детка, прощай».
О, ты так соблазнительна и не скучна ничуть,
Но мы устали друг от друга, нам нужно отдохнуть.
Накрась же свои губки и подведи глаза,
На всякий случай спрячь в карман бубнового туза.
Живи же хорошо, не скучай.
Ну, а пока — прощай, детка, прощай.
Жила-была на свете Дверь.
Одета в чёрный дерматин, как вестник смерти и потерь, она мечтала расцвести, поверить в счастье, полюбить, с петель сорваться и уйти…
Ей надоело вечно быть преградой на чужом пути…
Но годы шли.
Скрипела Дверь, свирепо клацала замком, глазком глядела, словно зверь на тех, кто был ей не знаком, слегка разбухла — годы всё ж…
Когда хозяин приходил, втыкая ключ, как в сердце нож, она из всех двериных сил сопротивлялась: «Не возьмёшь!», зажав замочный язычок
в щели дверног…