Ему было чуть-чуть за триста.
Он был очень хорош собой.
От него слегка пахло виски
И соленой морской водой.

Он меня покорил умело,
Светлый северный ловелас.
С ним за окнами не темнело, —
Не смыкала ночами глаз.

Он дарил мне стихи, легенды,
Песни. Не было им числа.
Жизнь крутилась, как кинолента.
С ним я счастье свое нашла.
… показать весь текст …

я стал бы ощущением тоски —
цветаевой, ахматовой рождённой,
чтоб рифмами скупыми по-мужски
скитаться по страницам обречённо…
где город столбенеет декабрём…
дождётся ли бедняга новых вёсен?
и я ли не бедняга, раз влюблён
в кого-то безысходно и без спроса?..

я стал бы ощущением надежд
в квартирном перекуренном угаре.
и кем-то отведённый мне манеж
покинул бы! судьба не позволяет
за стены и за купол шапито
… показать весь текст …

Петербург, Петроград, Ленинград,
Я тобой навсегда очарован!!!
Нашей встрече безудержно рад,
От тебя был надолго оторван.

После долгой разлуки с тобой,
Не могу я тобой надышаться.
Ты мне даришь душевный покой,
Как хотелось бы мне здесь остаться.

Но, увы, меня снова ждёт путь.
Моя жизнь далеко, за морями.
И в последнюю ночь не уснуть,
Я уныло брожу меж мостами.
… показать весь текст …

Признание в любви

Я растворяюсь в музыке
веков.
Под классику я восхожу
к высотам
Строенья мирозданья,
и легко
Я понимаю, из чего
мир соткан.
Из тонких звуков Моцарта
и Грига,
Из Баха очищающих
аккордов.
… показать весь текст …

Не говори, что мир не совершенен
И удивить тебя — довольно сложно…
Похоже, просто не встречал ты женщин,
С которыми счастливым стать возможно.

Они не феи, нет, они — земные,
Но в них такая мощь эмоций разных:
Как свежий ветер, как вода в пустыне…
И с ними каждый миг, как яркий праздник.

Они непостижимы, словно космос,
Их души, словно кладовая света…
И с ними так уютно и так просто,
И жизнь, как будто солнышком, согрета.
… показать весь текст …

У Неизвестного сидели гости. Эрнст говорил о своей роли в искусстве. В частности, он сказал:

— Горизонталь — это жизнь. Вертикаль — это Бог. В точке пересечения — я, Шекспир и Леонардо!..

Все немного обалдели. И только коллекционер Нортон Додж вполголоса заметил:

— Похоже, что так оно и есть…

Раньше других все это понял Любимов. Известно, что на стенах любимовского кабинета расписывались по традиции московские знаменитости. Любимов сказал Неизвестному:

— Распишись и ты. А еще лучше — изобрази что-нибудь. Только на двери.

— Почему же на двери?
… показать весь текст …

Когда мы клеили обои,
Два раза чуть не развелись.
Орал ты, на стремянке стоя,
На голову мне сбросил кисть.
У потолка пузырь надулся.

— Откуда руки у тебя?
Куда их тянешь? Ты рехнулся?
Приклей стык в стык! Вон там ровняй!
— Не открывай окно! Ты дура?
Там не намазала, смотри!
Раз пролила, так убери!

Да лишь на первый взгляд халтура!
… показать весь текст …

Огонь. Агония… Огня безмерно!
Огня безмерность и безмерность боли…
Горят леса в России… с ними верность,
Патриотизм и совесть… (бог с тобою!)

Душа и сердце русского народа.
Шаманы шепчут заклинания дождю.
Но их не слышат… не внимают… и погода
Способствует Великому огню.

Огонь дымит. На тысячи осколков
Сжигает лес, а в нём — всю живность. И тогда
Пылают страшно деревеньки и посёлки
И задыхаются от дыма города.
… показать весь текст …

Они не рифмуют полночи на кухне,
Пока от усилий их мозг не опухнет,
У компа не «виснут», бранясь неприлично,
надеясь, что стих будет принят отлично.
Они не считают ни баллы, ни лайки
И в злобе не рвут ни футболки ни майки…
Не пишут доносов, не шепчутся в «личке»,
Не ставят под хренью «ОЧПОНР.» по привычке…

Они на природе, в походах, в киношке
Играют с любимой собакой ли, кошкой.
Они свитер свяжут и книгу прочтут,
Обед приготовят и пыль уберут.
Они всегда рады беседе с соседом,
… показать весь текст …

Как вы полагаете — кому человечество давно должно поставить памятник? В первую очередь? Нет, не Богу, не царю, не полководцу, не писателю, не художнику, хотя каждый из них безусловно заслуживает памяти.

Это будет памятник обыкновенному пожилому человеку. «В возрасте дожития», как это чудесно называет наша медицина.

В определенный момент этот человек замечает, что его родное, единственное и еще вчера такое послушное тело больше не такое послушное. Человек понимает, какое счастье было его не зам…
… показать весь текст …