Когда июль с вершины лета улиткой скатится по склону,
Шагнёшь в пустую пасть Нирваны, уснёшь слепой, проснёшься зрячей.
Поймёшь, что август — это возраст, в котором всё определённо:
Плоды весомы, небо звёздно, а воздух призрачно-прозрачен.
В своём весеннем трагифарсе покойтесь с миром, бедный Гамлет!
Судьбе всё реже удаётся застать врасплох, войдя без стука,
Поскольку август — это возраст, в котором даже не пугают
Ни ожидаемость моментов, ни предсказуемость поступков.
Не пропускаешь мир сквозь призму, не отделяешь мак от проса.
Приемлешь знание, как проседь: едва ли в радость, но не в тягость.
Опять дежурный по Нирване наморщит лоб и строго спросит:
«Куда?» —
